Проект ТВА и Гуверовская ГЭС
Ранним и серебристым сентябрьским утром мы покидаем Кентукки - штат голубых трав и женщин, столь похожих на гарцующих лошадей. Наш путь лежит на юго-запад, в штат Теннесси, навстречу проекту TVA (Tennessee Valey Authority) - образцово-показательной территории США.
Река Теннесси начинается на южных отрогах Аппалачей западной экспозиции, делает огромную дугу по часовой стрелке с двух часов до 11 и впадает в Огайо, второй по величине приток Миссисиппи. Почти все время река течет по среднегорью и мелкогорью - это полуравнинная-полугорная река, почти идеально подходящая для гидроэнергостроительства.
Начиная с 1933 года, при президенте Франклине Рузвельте, начинается региональный проект освоения долины реки Теннесси. Эти бедные и достаточно безлюдные земли быстро становятся мощнейшим ядром национальной гидроэнергетики (в те годы гидроэнергетика давала почти половину всего электричества в стране). Здесь также разворачивается интенсивное, базирующееся на использовании производимых тут же удобрений, сельское хозяйство. Энергия Теннесси начинает питать семь соседних штатов. Постепенно ТВА превращается в мощный центр по региональным исследованиям и проектированию, экспортируя уже не только энергию, удобрения и сельхозпродукты, но и знания, интеллектуальные продукты.
Опыт государственной региональной политики США потом неоднократно повторялся в различных странах. Наиболее впечатляющий пример такого повторения - германский проект по включению отсталой и замкнутой Южной Баварии в национальную и общемировую экономику (60-е-70-е годы).
Практически в это же время на другом конце США, на реке Колорадо, на западной оконечности Гранд Каньона начинается строительство высоконапорной плотины, позже названной Гуверовской. Построенная всего за четыре года (на два года быстрее графика), Гуверовская ГЭС поражает не только своей красотой и мощью (для сравнения - ДнепроГЭС тех же лет и построенный с помощью американцев по мощности примерно в три раза меньше), но и тем, что в проекте сразу было заложено: плотина должна быть доступна для обозрения и приносить доходы от туристической деятельности - все гидротехнические сооружения в СССР до сих пор являются объектами особой охраны, недоступны для публики и посещений, мы до сих пор боимся диверсантов, вредителей, врагов народа и продолжаем тратиться на защиту от этих привидений и призраков.
Подъезжая к Гуверовской плотине мы в нашей машине поменялись местами: я уступил руль, чтобы иметь возможность снять знаменитую дамбу из окна. Какая наивность! Нас ждала парковка, экскурсия по плотине, включая такие уязвимые места, как машинный зал, туннели с водотоками и нижний бьеф, смотровые площадки, музей, магазин сувениров, буклеты, лифты, туалеты - весь спектр туристского сервиса. И все это - не пристроенное потом, а встроенное сразу.
ТВА и Гуверовская ГЭС - яркие примеры, опровергающие теорию энергопроизводственных циклов Колосовского и предваряющую ее теорию штандортов А. Вебера. Опровергается не морфологический набор производств, а их "закономерность", неизбежность. Проект ТВА "оброс" не энергоемкими производствами, а проектным бизнесом в жанре регионального проектирования, Гуверовская ГЭС обслуживает игорный бизнес расположенного всего в сорока милях от нее Лас Вегаса, прежде всего. Здесь можно говорить о двух "закономерностях": 1) в условиях рыночной экономики продолжения могут быть любыми, вплоть до замых затейливых и неожиданных, 2) общей тенденцией прогерсса и продолжений является интеллектуализация "энерго-производственных" (правильнее их надо было бы назвать "энерго-сервисных") цепочек.
Судьбы ТВА и плотины на Колорадо тесно переплетены с двумя президентами США - Гувером и Рузвельтом.
Франклину Рузвельту ставится в заслугу выход из Великой Депрессии за счет широкомасштабного строительства автодорог и гидроэлектростанций - довольно быстро была обеспечена занятость для миллионов американцев, резко изменился инвестиционный и экономический климат в стране.
Не надо при этом забывать, что почти все необходимые проекты были разработаны и утверждены несколько раньше - при президенте Герберте Гувере.
Герберт Гувер - сын бедных выходцев из немецкой части Швейцарии. 9-ти летним пацаном он становится круглым сиротой и оказывается на попечении своего дяди, брата матери. Начало не слишком удачное. Гувер тем не менее заканчивает в 21 год Стэнфорд, через четыре года женится в Монтерее на своей ровеснице и землячке (оба - из Айовы) Лу и живет с ней в счастливом и согласном браке без малого четверть века.
В 20-е годы взошла политическая звезда Гувера. Он создает в Стэнфорде Институт войны и мира со знаменитой библиотекой, активно помогает Советской России в борьбе с голодом (американская гуманитарная помощь оказалась на несколько порядков больше выделенных на эти же цели средств правительства Ленина, вспомним при этом, что под помощь голодающим Поволжья Ленин распорядился разграбить храмы, за что и был предан анафеме патриархом Тихоном Белавиным - награбленное в храмах разошлось по Гохрану и партийным счетам). В 1922 году книга Гувера "Американский индивидуализм" становится изложением его политического кредо. В 1928 году республиканец Гувер побеждает на президентских выборах с огромным преимуществом демократа Смита, новое руководство страны приступает к масштабному проекту национальных преобразований. Но…в 1929 году начинается Великая Депрессия…Вводится сухой закон и как его следствие возникает гангстеризм и мафия. В 1932 году Гувер бесславно проигрывает президентские выборы демократу Франклину Рузвельту.
Эта пара американских президентов очень напоминает другую политическую пару - Горбачова и Ельцына. Горбачов, подобно Гуверу, пытается найти точку опоры и перевернуть экономику и все общество, подобно Гуверу, пытается бороться с пьянством и выпускает на волю криминальную гидру, подобно Гуверу, бесславно сходит со сцены, но…
Ни Гувер про Рузвельта, ни Рузвельт про Гувера за все долгие (12 лет!) годы правления Рузвельта не сказали ничего плохого друг о друге, а что хорошего сказали друг о друге Ельцын и Горбачов?
Рузвельт продолжил начатое Гувером, реализовал планы, проекты и постановления республиканцев - а что сохранилось в "постперестройке" от "перестройки"?
Американцы не обвиняли Гувера в крахе экономики, понимая, что политика не всесильна в этой сфере, что мировой кредитный кризис - явление несоразмерное действиям одного человека, даже если это президент США - а в чем не были обвинены собственным же народом Ельцын и Горбачов?
Рузвельт и Гувер вошли в американскую историю как ее заметные персонажи, Горбачов и Ельцын прижизненно и пожизненно получают только плевки, впрочем, вполне заслуженные.
Строго говоря, идеи электрификации - вовсе не американское изобретение. Гораздо раньше эта идея созрела и превратилась в государственную стратегию в Германии и, вслед за ней, в России-СССР. Рузвельт никогда и не скрывал, что многое перенял у Сталина, однако цели и средства оказались уж очень разными: Сталин (и Гитлер) видели основную цель в милитаризации страны, в государственных приоритетах - Рузвельт прежде всего создавал рабочие места - сейчас, потом и навсегда. Сталин проводил индустриализацию и электрификацию силами зэков и за счет принудительной урбанизации, используя дармовые силы природы и людей, Рузвельт опирался на наемный труд, частную собственность и инициативу. Потому и результаты двух программ - ГОЭЛРО и первых пятилеток (в гитлеровской Германии -- четырехлеток), с одной стороны, ТВА, Гуверовской ГЭС и строительства автодорог - с другой, оказались столь непохожими.
Это особо остро ощущаешь теперь, спустя полвека…
…Мы так привыкли отделять плоть от души и не придавать особого значения плоти, что стали забывать - настанет Суд, и мы восстанем во плоти, но то не будет грязь, глина и пепел, мы восстанем образом нашей плоти, иконически, как восстал Иисус перед своими учениками. И в этом смысле, образно, наша плоть нетленна, и дела наши мирские и материальные нетленны, ибо несут в себе образ содеянного и создателя. Души Герберта Гувера и Франклина Рузвельта давно уже растворились в духовности, отрицающей поименования, но - проект TVA и Гуверовская плотина, эти материализации душ двух великих американцев, живут, действуют, наполняя сегодняшний мир энергией и светом.
Наша машина мягко мчит по Сороковой дороге, и просторы истории и географии Америки распахиваются перед нами.
30 сентября 1998, Монтерей.