Створки корпорации

В бизнес-литературе определение, тем более понятие корпорации обычно проскакивается по причине банальности и само собой разумеющихся смыслов: ну, да, юридическое лицо; ну, да, объединение физических лиц, преследующее коммерческие или экономические цели; ну, да, общество с ограниченной ответственностью и, по большей части, акционерное – всё это настолько тривиально, что вряд ли требует категориального анализа или понятийной разработки: товарищества с полной ответственностью, существовавшие почти исключительно в торгово-купеческом сообществе, давно уже вышли из употребления. Остались ТОО, ООО, ЗАО, ОАО, Gmbh, Ltd – привычные формы корпораций.

Но есть что-то завораживающее в истории происхождения и ранних этапах существования любого явления, в том числе и даже такого обыденного и уже успевшего опротиветь, как корпорация.

Практически одновременно – на рубеже 7-го и 6-го веков до н.э. в трёх никак не связанных между собой местах возникло одно и то же явление:

В Южной Индии сложилось общество последователей адживики, занявшее крайне аскетическое и одновременно с тем изуверское место в и без того мрачной традиции, укрепленной авторитетом Маскарина Гошалы (Маккхали Госалы). Трупоеды и некрофилы, они знамениты были тем, что являлись лучшими лекарями и знатоками снадобий и ядов. Позже они стали называть себя капалинами («носители черепа») или махавратинами («последователи великого обета») и просуществовали до 14 в. н.э. Они всегда носили на себе или при себе высушенные человеческие черепа, из которых ели и пили, готовили зелья, использовали в качестве меры и магического средства.

После разрушения храма Соломона вавилонским царём Навуходоносором в 598 г. до н.э. и пленения почти всех иудеев Иерусалим обезлюдел. Именно в это время и была заселена Геена странными людьми. Геена Огненная – глубокий овраг вдоль городской стены Нижнего Города, справа от него, если смотреть в сторону Мёртвого моря. Здесь издревле располагалась городская свалка. Вот на этой свалке, среди хлама и нечистот, и укоренилась секта трупоедов и чародеев, владевшая тайнами заклинаний, знавшая секреты ядовитых зелий и умевшая в равной мере как исцелять, так и губить, наводить порчу и страшные болезни. Они не гнушались творить, используя волосы нерожденного человеческого плода, кровь казнимых и истязаемых, еще живую кожу и плоть. Когда Тит Флавий в 71 г. н.э. разрушил храм, построенный Иродом Великим, и стер с лица земли Иерусалим, в неприкосновенности оставались лишь страшная Антониева башня и Геена с её мрачными обитателями.

В Риме среди других цеховых организаций, возникших и легализовавшихся за сто лет до того при Нуме Помпилии, возникает странный цех знахарей и целителей, ведущих замкнутый, кастовый образ жизни и деятельности, не допускающий к себе никого из посторонних и проводящий тайные мистерии посвящения, признания и изгнания. Тогдашние корпорации, сами избиравшие своих руководителей, в случае ликвидации, распределяли собственность между собой – так гласил закон, но собственность корпорации знахарей никогда не растворялась среди ее членов.

Эти полутайные-полулегальные общества отличались тем, что не только практиковали, но и жили в одном, строго определенном месте большими кланами, все члены которого были повязаны родственными отношениями и узами.

Именно этим корпорациям, одновременно и притягательным и отвратительным, принадлежит приоритет в установлении многих корпоративных традиций.

Вот как описывает типичные для Средневековья корпорации один из современных отечественных историков:

«Чем стариннее цеховые уставы, тем больше места отведено в них вопросам удовлетворения религиозных потребностей, так что многие из них производят такое впечатление, как будто бы цехи учреждены исключительно для спасения души своих членов. Все они имеют святых в качестве патронов, имеют свои церкви и часовни, устраивают религиозные процессии. В день почитаемых цехом святых происходит богослужение, причем все члены цеха обязаны на нем присутствовать; точно так же они обязаны собираться для поминовения усопших членов. В связи с этим находится и требование от вновь вступающих известного количества воска, а также взимание многочисленных штрафов в виде воска — последний шел на факелы, употребляемые при религиозных процессиях, и на свечи во время богослужения… Рядом с воском и денежным взносом вновь вступающий обязан был поставить цеху и известное количество вина, а равно другие съестные припасы, и устроить угощение мастерам. В этом выражается, как и в штрафах пивом и вином, то, что цехи не упускали из виду и цели общения, что и в этом отношении они составляли нечто единое; между ними обнаруживалась в этом в особенности весьма крепкая связь, тем более что в их совместных пиршествах принимали участие не только члены цеха, мастера, но и их семьи. Само название цеха (Zeche — «попойка», то же обозначает и gild) свидетельствует об огромном значении общения членов» [11].

К этому следует добавить зафиксированные в Средние века, но не исключено, что возникшие гораздо раньше правила и ограничения корпоративной культуры, а именно:

- запрет на торговлю своими изделиями дальше порога своего дома

- запрет на вхождение во власть (в сейме Ганзейского Союза 99 мест принадлежало торговцам и только одно – ремесленникам)

- правило шедевра (изделия, признаваемого мастерами как равное их уровню, но качественно новое) и виртуозности (мастерства, данного Богом или чёртом, а потому профессиональными мастерами не оцениваемого, но признаваемого).

Многое из ритуалов тех далеких обществ, первых корпораций, дожило до наших дней, сильно упростясь и потеряв всякий сакральный смысл. Мы продолжаем корпоративные попойки, вечеринки и party. Мы продолжаем требовать «проставиться» с первой получки вновь принятых, мы продолжаем говорить о «работе – втором доме», о корпоративном духе и корпоративной культуре, кастово отделяющей членов корпорации от окружающего мира, вводим особые ритуалы посвящения, возводим внутрикорпоративные иерархии – даже в самых демократических обществах, где господствует гетерархия, насаждаем внутрикорпоративную секретность и конфиденциальность, security – в мире, распахнутом для свободного обращения информации и коммуникации, втягиваем, порой в противовес трудовому законодательству, в свои корпорации своих родственников.

Уже давно корпорации стали полипрофессиональными сообществами, лишились своих святых и небесных патронов, многие корпорации стали наднациональными и международными, но что-то удерживает нас в этих нелепых, с точки зрения демократии и здравого смысла, створках корпоративного существования и мы не отдаем себе отчета: а нужны ли они нам?

P.S. Я почти не делал ссылок на тексты и работы, приведенные ниже, чтобы, с одной стороны, не расслаблять интригу повествования, а с другой – предоставить своим коллегам возможность самим понаслаждаться этими, подчас изумительными произведениями.

Использованная литература

1. Р. Аккоф – Аккоф о менеджменте. СПб, Питер, 2002, 448с.

2. Дж. Бакан – Корпорация: патологическая погоня за прибылью. М. Вильямс, 2007. 288 с.

3. М. Бакингэм и др. – Сначала надо нарушить все правила! М., Московский филиал института Гэллапа, 2005, 327 с.

4. Ф. Бродель – Структуры повседневности – Игры обмена – Время мира. В 3 томах. М., Прогресс, 1986-1992.

5. Ж. Ле Гофф – Цивилизация средневекового Запада. М., 1992. С. 1694.

6. А.Я. Гуревич – Средневековый мир. Культура безмолвствующего большинства. М., Искусство, 1990, 396 с.

7. А. К. Дживегелов "Средневековые города в Западной Европе". СПб, 1902.

8. А.К. Дживегелов – Торговля на Западе в средние века. СПб., 1904

9. М.В. Кларин – Корпоративный тренинг. М., Дело. 2002, 448 с.

10. К философии корпоративного развития. М., РЕНОВА, 2006, 217 с.

11. И.М. Кулишер – История экономического быта Западной Европы. Челябинск, 2004. С. 242

12. А. Левинтов – Игра. Небольшая Советская Энциклопедия, том 3. М., Полиграфикс, 2000, 512 с.

13. Г. Фёрштайн – Энциклопедия йоги. М., Гранд, 2003, 768 с.

14. И. Хейзинга – Осень Средневековья. М., Наука, 1988, 540 с.

15. И. Хейзинга – Homo ludens. М., Прогресс-Академия, 1992, 459 с.

16. В.К. Шохин – Первые философы Индии. М., Ладомир, 1997, 302 с.