К дискуссии о русской культуре за рубежом

Конечно, в этой теме можно быть академичным и хладнокровным, рассуждать, например, о том, что имеется, at list, три главных социальных потока русской (и любой другой национальной) культуры в зарубежье: массовидная попытка удержания этой культуры; редкие и совсем уже почти исчезающие попытки формирования параллельной независимой от материковой; культурные девиаты – чем географически, сословно и профессионально дальше от России, тем сильней тяга послать всю эту Расею с ее непонятной и вычурной культурой и стать нормальным калифорнийцем, австралийцем, новозеландцем, папуасом, пингвином или программером.

Но мне, эмигранту и иммигранту, не дано это спокойствие.

Главными люмперизаторами культуры являются политики.

В Третьяковке г-жа Горбачева объясняет первое леди Америки:

- Нэнси, это – икона, а это – видишь? – бог. Это работа Андрея Рублева, ты смотрела это кино?

Когда в Думе или еще каком свинарнике начинают обсуждать культуру, остро понимаешь – хана.

Вывод: уважаемые рижские коллеги – не придавайте данному вопросу политической окраски, если всерьез обеспокоены проблемами культуры. Культура, будучи асоциальной, беззащитна.

Не меньший фактор люмпенизации культуры – образованцы, издатели, хранители полных собраний и прочие охранители и защитники культуры от тех, кто, увы. на нее и не нападает:

«разве можно так говорить?!»

«разве так танцевал великий русский балетмейстер Петипа?»

«разве так рисовал великий русский художник Левитан?»

«вас читатели (зрители, слушатели и т.п.) не поймут» – да культура никогда и не жила ради понимания ее кем бы то ни было! Вот еще напасть – быть понятным и понятым! Может быть, еще – любимым?

Охранники, вертухаи и конвоиры культуры – откуда у вас сведения о культуре, если вы – на страже, а не внутри?

Ревнители! Отойдите! Восхищайтесь прошлым и признанным, не мешайте мешать коктейли в тигле культурных сплавов – вы все равно пить и есть это не будете.

Третьи пролетаризаторы – околокультурная бездарь, для которой чистота культуры достигается ее кастрацией. Культура – дочь свободы, она жива только молоком своей матери. И даже в самые жесткие и жестокие времена культура жила – своей свободой.

Четвертые и последние – националисты. Стасов, обвинявший Чайковского в отсутствии национализма, и Цезарь Кюи, на том же основании преследовавший и интриговавший против Чайковского – где вы в национальной мировой культуре? Но скольких же Чайковских вы заморили и заморочили?

Чтобы не придавать разговору свирепой серьезности:

Каждый живет в том слое и пространстве культуры, которого достиг, а беспокоиться об общем культурном развитии – все равно, что добиваться равенства всех относительно уровня Мирового океана.

Культура русских в Латвии также неоднородна, как и в России, только в Латвии нет таких жутких культурных проблем России, как Алла Пугачева и «Нэнси – видишь? – это бог».