Замкнутое общество (о чем не пишут российские газеты» №25)

- Алло, это квартира Ивановых?

- вы ошиблись номером – у нас вообще нет телефона

Весь мир живет в коммуникативном обществе и в коммуникациях – Россия продолжает угрюмо молчать и не отзываться. Это пошло еще с тех советских времен, когда каждый стук в дверь, каждый звонок, телеграмма, письмо – все вызывало инстинктивную судорогу тревоги и страха.

Спрашиваю у знакомого:

- ты почему не ставишь автоответчик, я ж тебе его аж из Америки пер?

- опасно: вор узнает, что меня нет дома и ограбит квартиру

Страх квартирного ограбления действительно существует и реален: этот вид преступлений милицией практически не расследуется.

Находясь все время на людях и в контактах, я накапливаю за месяц два-три десятка визиток. Первый год я их еще штабилировал, теперь – выбрасываю: телефоны, адреса и электронные адреса, указанные там, не являются контактными, они – для отвода глаз и являются средством защиты от рэкетиров и ненужных.

Мой приятель-клиент при мне инструктирует новенькую и, кажется, смышленую, секретаршу: бумагу из факса вынимай сразу после того, как получила или отправила факс – за ночь весь рулон уйдет на спам и рекламу, на этот телефон никогда не реагируй – это наш официальный телефон, на этот – реагируй всегда: это связь с крышей, банком и моим партнером в Германии, а по этому телефону всегда что-нибудь говори, но только типа «у него совещание, он в отъезде», по нему можешь немного поболтать с подружкой или еще кем-нибудь, когда меня нет.

Возьмите обыкновенный справочник Yellow pages, называемый здесь «Золотые страницы»: 90% телефонов и адресов являются неверными и недоступными, особенно таких публичных организаций как пресса, медицинские учреждения, торговля, сервис. Как правило, это – липовые координаты. Вот яркие примеры из медицинской сферы: телефон горячей линии сети диабетических аптек 105-8803 – не работает, справочная по медикаментам и медучреждениям 05-гудок-0 после 05 никакого гудка не дает. Ну, и так далее.

Даже в рекламных проспектах, буклетах и флайерсах вы чаще всего натолкнетесь на липовые источники информации и коммуникации. Сети реальной коммуникации хранятся в строжайшей тайне. Чтобы выйти на реальный контакт, надо заслужить доверие либо сильно заплатить, либо оказаться нужным (но тогда тебя будут искать – также безрезультатно, как и ты).

Попробуйте в Интернете связаться с кем-нибудь по присланной вам рассылке или найденному списку работодателей на сайте joblist.ru – гарантирую почти 100%-ый неуспех. Я сам себя порой обнаруживаю, к великому изумлению, в таких списках и званиях: откуда только у людей хватает фантазии включать меня в эксперты и консультанты по испанскому языку, металлозащите, радиофизике? И поневоле задумаешься – а не уйти ли в тину?

В тине живут практически все – особенно после появления сотовых телефонов. Люди прячутся, укрываются, скрываются, защищаются – тотальная слежка друг за другом и тотальный уход от погони.

Синдром преследования охватил не только жителей столицы: вся страна в ожидании налета или наезда. В сущности, террористов никто особо-то и не боится, а вот что касается ого, что могут остановить, спросить, задержать, арестовать, ворваться в квартиру: и не знаешь, что страшнее – эти маски-шоу действуют от имени государства или по поручению какой-нибудь мафии?

Беззащитность стала причиной замкнутости, беззащитность бизнеса и частных лиц, непредсказуемость того, за что: по любому закону ты превентивно виноват, а пуще виноват вне закона, а еще пуще – по ошибке: тебя просто с кем-то перепутали.

Между прочим, в Москве не осталось, кажется, ни одного телефона-автомата. То есть где-то эти аппараты еще стоят, но ими никто не пользуется и сами они не функционируют. Власти в уже который раз обещают восстановить эту сеть, но все давно уже поняли: это очередное растворение бюджетных денег в жадных карманах московских властей.

На фоне этой коммуникационной шпиономании и войны выделяется главный слуга народа. Специально для него существует Фельдъегерская связь (одна из 19 силовых структур при президенте). Тут – чудеса скорости, комфорта и разнообразия услуг.

Президент гордится своей мобильностью, не понимая, что его двести и более километров в час на улицах города – это доведение скорости остальных до размеренного шага: 5 км\час сквозь огромный город.

Президент гордится своей коммуникативностью, не понимая, что его возможности – ступор на контактах других.

Чудес не бывает.

И вслед за скромным тружеником Кремля его огромная свита обзаводится сверхоперативными средствами транспорта и связи, а в каком-нибудь совершенно очумелом Нарьян-Маре я по сорок минут ждал выхода на простенький Яндекс, чтобы в очередной раз получить неизменное «Disconnected».

Еще в 50-е, при Д. Эйзенхауэре, Давид Сарнов пророчески заявил: демократия есть коммуникация. Он же предложил тогда воевать с коммунизмом средствами массовой информации, полагая, что закрытость общества и информации – главное оружие тоталитаризма.

И теперь, когда на Интернет пытается наложить свою лапу КГБ, когда в эфире и на экране – смешно и пусто до колик и до слез, когда власти вступают в коммуникацию только с тщательно отобранным этими же властями народом, а журналисты на пресс-конференциях задают вопросы, предварительно сформулированные отвечающим, когда в море недоумений нет ни одного спасительного островка разъяснений – жить хочется скорлупочно, не высовываясь и никому не говоря, а где ты, собственно, живешь или работаешь?