Прогулка в Средневековье

«Rozengrals. Vinarium Civitatis Rigensis. Аутентичный средневековый ресторан» – прочитал витиевато-готическую вывеску мой приятель: «Любопытно. Может, зайдем?» Мы потянули на себя массивную щербатую дверь и провалились в Средневековье.

Детина в грубой рубахе, сшитой грубыми швами на любую фигуру, молча указал нам на провал лестницы, слабо освещенной толстыми свечами. Ступени явно не под современный размер шага, неуклюжие, «как я отсюда буду выбираться?» – вспомнил я о своей подагре, но любопытство пересилило эти сомнения.

Лестничный марш обрывается в огромном подземелье. Первое впечатление – карстовая пещера, потом замечаешь искусственность сводов, кирпичную кладку и всю геологическую нелепость пещер под Старой Ригой.

Довольно обширный зал, тускло освещаемый трепетными свечами, заставлен столами, рублеными под – даже не старину, но древность. Часть стульев и скамеек – несомненный новодел, но есть и подлинники, место которым в музеях. Архитектура некоторых такова, что о функциях этих тронных, конторских, домовых сооружений приходится долго догадываться. Обычаи древних времен проступают с некрикливой, ненавязчивой очевидностью: «так вот как, оказывается, они жили, вот как и на чем сидели».

У левой стены – колодец, заброшенный в эти недра прихотливой нуждой первых обитателей этого мира. Мы миновали это спелеологическое чудо и пустились в лабиринт ходов и зальчиков, тянущихся и петляющих, «не заблудиться бы» – мелькнуло в сознании и потом успокаивающее «это ж все-таки ресторан». Еле слышна лютня, наигрывающая нечто шестнадцативековое.

Мимо нас с неспешностью и молчаливым величием проплывают фигуры в диковинных хламидах. Они гостеприимно указывают дорогу и исчезают в сгустках теней и клубах темноты. «Официанты» – почтительно догадываемся мы и вспоминаем: «пора бы осесть и за стол».

Тут же появилась девушка.

Есть в прибалтийских белокурых девушках неведомо откуда берущаяся магия средневековой простоты, хрупкого очарования, беззащитности, за которой может скрываться кипящее море неистовства и безумия.

- Элли. – представилась наша милая Офелия и положила перед каждым массивное, оплетенное грубым веревом меню. На стол легли приборы и два холщовых узелка с парой пресных лепешек из каких-то злаков, по-деревенски пахучих.

- я плохо вижу, не могли бы Вы принести нам по кружке пива? – спросил я, на всякий случай по-английски: меню трехязычно.

- what kind of beer do you prefer today? – без тени акцента ответила наша маленькая Герда.

Пив оказалось много. Конечно, все перепробовать не удалось, но если вы предпочитаете янтарное пиво, то рекомендую Bauskas, мы же углубились в светлое, цвета зрелого ячменя Tervetes. Пиво очень питкое, настолько питкое, что вторую кружку пришлось заказывать до того, как мы перевернули первую страницу меню.

Тут было, что почитать и над чем поковырять в мозгах.

На закуски предлагаются, например, любимые Филиппом 1 (11 век) ячменные лепешки с фасолевым паштетом, салат из птичьей печени с беконом и миндалем, который впервые отведали на своей свадьбе Карл Бургундский и Маргарита Йоркская в 15-ом веке, крестьянский салат с козьим сыром и обжаренными кусочками хлеба («ага», смекнул я, «это ж вариация позднеантичного салата Цезаря»), салат из зеленой фасоли с пшеничными отрубями.

От супов и похлебок, при всей их привлекательности, мы отказались, оставив их дегустацию на следующий визит. Нас ждут: суп с олениной, похлебка с куриными потрошками и говяжья похлебка. Впрочем, ресторан резко расширяет меню – и нас ждет еще много приятных сюрпризов.

Мир поляризовался – в Канзасе, Польше, Германии, Италии, Испании, Чехии, Литве, Латвии и некоторых других странах ресторанные порции рассчитаны на откорм и убой, в нынешней России, Беларуси, Франции, Англии и где-то еще еда все более становится символической. Если вы, например, в Москве закажете шашлык, то он только по цене будет соответствовать шашлыку, размерами же – тефтели для балерин. «Роза Грааля» расположена явно в нужном для едока полушарии. Между зайчатиной, каплуном, ростбифом и косулей мы выбрали привычную и любимую нами свиную рульку…

- а на гарнир картошечки, пожалуйста

- картошку не завезли – Америку еще не открыли, есть фасоль, чечевица, перловка – фееобразное создание не лукавило: картошку действительно еще не завезли. Как, впрочем, и многое другое: бигмаки, подсолнухи и виргинские табаки.

Тем, кто это осилит с первого захода, надо выдавать если не медаль, то хотя бы рюмку чего-нибудь поздравительного, не осилившим – рюмку утешительного, не столь крепкого. Я осилил – мой дружок в бурьяне до сих пор лежит, не смог…

Не думаю, что дамы пройдут всю дистанцию над форелью по гренобльски, запеканкой из щуки, палтусом в белом вине или морским окунем, приготовленным по рецептам 6-го века. Все это – весомо, грубо, зримо, не для слабонервных желудков. И подается в тяжелой глиняной посуде, черной, от недавности пребывания глины в земле.

Карта винам, увы, из изделий сплошь двадцать первого века («и слава Богу», подумалось мне, хорошо знающему, какую примитивную кислятину делали средневековые монастыри – и для себя и а продажу»), правда, со всего света. Тут и итальянские, и французские, и испанские, и чилийские, и австралийские, и калифорнийские марки, виски, ром, текила, водка – каждому свое. Надо ли говорить, что безалкогольное здесь не без изысков: квас, степони, клюквенный морс, яблочный напиток с медом, нечто пряное с корицей?

Освобождая место для следующей кружки, я обнаружил, что, хотя вся сантехническая арматура выполнена по европейским стандартам, 13-ый век зримо присутствует и здесь – дверным противовесом является тяжеленное пушечное ядро, а запирается интим на старинный засов.

Посетителей в ресторане в этот предобеденный час немного и потому мы безо всякого стеснения стали злоупотреблять исполнительностью нашей Дюймовочки:

- Этот подвал был выкопан в 1293 году – сюда шел подземный ход из порта, по этому ходу с бортов ганзейских судов сгружались и перекатывались бочки с вином. В 1307 году из Ла Рошели в Ригу пришел конвой из 17 судов ордена тамплиеров. Никто не знает, что они привезли – то ли примитивное золото, которым так богат был орден и за которое его и разогнали, то ли вино, то ли полные трюмы философских камней, то ли таинственную чашу Грааля, наполненную нетленной кровью Спасителя. Долгое время здесь был дровяной склад, а во время последней войны подземелье разбомбили и эта руина более полувека была бесхозной.

- А Вам идет этот наряд.

- Спасибо. Он и мне самой нравится. В нем я чувствую себя очень естественно. Была бы возможность, и по городу бы так ходила. Это шили настоящие дизайнеры.

- Заметно. У вас тут все подлинное?

- Почти. Вот по вечерам – живая музыка. Музыканты одеты в костюмы по точным моделям того времени. Играют на старинных инструментах и музыку пишут – той эпохи, фанаты, но – профессионалы высшей пробы. У нас вообще все настолько тщательно подбирается и изучается, что… знаете, к нам приходят дотошные знатоки и любители: «а таких тканей в четырнадцатом веке не было – это всего лишь покрой шестнадцатого века», «а брюкву в одиннадцатом веке не так готовили» и так далее. Прислушиваемся, используем, исправляем – критика всегда полезна, особенно въедливая.

- Вы учитесь?

- Да. Уже на четвертом курсе. Буду менеджером по туристическому бизнесу. У нас почти все учатся. И еще одно – все должны знать не менее четырех языков: английский, немецкий, русский и латышский. Я могу еще немного по-итальянски и по-испански.

- А что, много туристов бывает?

- Ну, Рига, конечно, не Таллинн – там до одиннадцати паромов в день приходит, а у нас – 5-6 в неделю. Но вечером здесь, обычно, полно.

Рулька, кажется, встала на место – пора выкатываться на поверхность 21-го века. На всякий случай мы попросили у нашей Золушки телефончик: 371-7224748, Rozena 1, info@rozengrals.lv, www.rozengrals.lv Очень рекомендуем!