Белеет парус
одинокий
Ексиль-моксиль
В тумане моря
голубом
А, может, черном,
или рыжем,
короче, много
загрязнений,
все только гадят,
а природу
наверно Пушкин
будет чистить
Что ищет он в
краю далеком
Без визы,
контрабандой, бомжем
Зачем покинул дом
родной
Прописку потерять
так можно.
Играют волны,
ветер свищет
Как в той поэме
про кладбище,
Как то ли
мертвый, то ли нищий
Как
соловей-разбойник книжный
И мачта гнется и
скрипит,
Чисто конкретно,
без обману,
Куда-то посылая
маму,
Какое дело вам,
ребята,
Откуда дрожжи на
борту.
Увы, он счастия
не ищет
А что искать, оно
ж невечно,
И не от счастия
бежит
На босу ногу,
семь на восемь,
Четвертый в угол,
ваших нету,
Не ждем вас, не
зовем, не просим
Карету мне,
блины, карету.
Под ним волна
светлей лазури,
Но крепче нашего
портвейну
«пегаса»,
«примы», прочей дури
О ней писал в
газете Стейнбек.
Над ним луч
солнца золотой,
А он, мятежный,
просит бури
В натуре, воли не
видать,
Смелей вперед,
товарищ Путин,
На полубак братву
свистать
Как будто в буре
есть покой
А в жилах не
вода, а гной,
И отожмись, коли
устал,
А по уму –
проснись и пой,
Твой час,
любезнейший, настал!
упав
Проснись, и упади,