Сиреневый туман

Мы сидим на берегу нежного Салгира, и тихие светлые струи сбегают по камням сурово-романтичной мелодией песни из нашей далекой молодости, сквозь кисею распускающихся тополей и ив плывет сиреневый туман, издалека слышны вокзальные звуки, и на дне бокала плещется легкий и томный яд Пино-гри Ай Даниль, уносящий очарованную душу к вышним и дальним. Космос раздвигает границы своей красоты и разворачивает перед нами все величие замысла мироздания. Аромат вина вызывает удивительные и медленные слова, достойные прерываемой ими возвышенной тишины.

Предисловие

Эти беглые строчки о гордости отечественного виноделия - о винах Массандры. Сто лет назад Уделы взяли на себя опеку над группой винодельческих хозяйств вблизи Ялты, объединив таким образом лучших людей, лучшие виноградники, лучшие коллекции Крыма. Этот важный шаг стал одним из факторов мирового развития виноделия - после него Россия впервые заговорила на винном форуме и вошла в это сообщество уже не как потребитель, а как своеобразнейший очаг мирового производства.

Этот шаг имел свою, весьма любопытную и затейливую предысторию и полное перипетий продолжение.

История крымского виноделия

Культура винограда и вина в Крыму началась еще при тавро-скифах по долинам рек Бельбек и Кача, но достоверно с 1У века до Рождества Христова. В районе Херсонеса Таврического археологи нашли каменную стелу с благодарностью города местному виноделу: ”Народ почтил статуей Агаксила, размножившего виноградники на равнине”. По-видимому, культура виноделия зародилась и в Херсонесе и в Сугдее (нынешний Судак) более или менее одновременно и независимо. При раскопках Мирмикея (близ Керчи) и Таршаки (нынешний Камыш-Бурун) были найдены остатки античных виноделен примерно того же периода. Греческие колонисты воспроизводили всю греческую культуру целиком, поэтому можно предполагать, что тогда в Крыму преобладали красные столовые вина. Сурожские вина были особой статьей торговли греков со славянскими народами, более ценившими светлые сладкие вина. Тех вин изведать не удалось никому из наших современников, но думаю, что они были восхитительно примитивны и также отличались от нынешних, как наскальная живопись от "Черного квадрата" Малевича. В них было больше от Бога, чем от человека, хотя до сих пор виноделие - совместное производство Бога и человека, как, кстати, и любое другое дело.

Судя по всему, виноделие здесь процветало и не затихало, несмотря на бурную историю края и превращение Крыма в перекресток мировых коммуникаций и переселений: с Вавилонского плена здесь живут караимы, семь веков просуществовал Хазарский каганат, дважды притекали сюда вестготты, Византия и Генуя вели непрерывную борьбу за благодатный полуостров, великий и древний Шелковый путь проходил через Сугдею.

Спустя почти полторы тысячи лет князь Владимир принимает в Крыму крещение по Византийскому (греческому) обряду в известной мере под очарованием крымского вина. Отсюда и после того стала крылатой княжеская фраза о том, что на Руси питие веселие бысть.

В 17 веке в Москве шла бойкая винная торговля в Сурожском (Сурож – нынешний Судак) торговом ряду. Хорошо шло у бояр и церковных иерархов рейнское и токайское, греческое и кипрское, романеи и фряжское, но сладостные сурожские были самыми-самыми...неистовый протопоп Аввакум сильно гневался на своих коллег за чревоугодие и винолюбие.

Крымские татары, несмотря на запрет Корана, не стали истреблять и уничтожать виноделие. Сами татары обратили свое внимание прежде всего на столовые сорта винограда, но и виноделие им было не чуждо. От них пошла традиция тончайшей, сотканной на вязи фарси сладости крымских вин, их женственных и томных ароматов. Генуэзцы и греки продолжали не только местные традиции, но и, благодаря оживленному обмену, интродуцировали новые сорта и технологии - Крым никогда не был затрапезной периферией средиземноморского виноделия. Многовековое соседство мусульман, христиан и иудеев привело к тому, что Крым стал образцом мира. Общие святыни объединяли христиан и мусульман - и те и другие почитали Икону Богородицы в Успенском скальном монастыре в Бахчисарае, всем приносил отраду и исцеление целебный источник Козьмы и Дамиана в истоках Альмы, открытый этими знаменитыми римскими лекарями еще во 2-ом веке, крымское вино пили все - это лишь несколько примеров добрососедства. Крым так прекрасен, что нарушать его войнами и распрями было нелепо. Недалеко от Судака, в большом селе, неуклюже названном при советской власти Приветным, жил небольшой этнос - смесь генуэзцев с крымскими татарами. Село было знаменито вином и смелостью, непокорностью, свободолюбием людей. Они так и не поддались коллективизации и были раскулачены (уничтожены) целиком, всем селом.

Массандра до Уделов

После передачи Крыма Российской империи по Кучук-Кайнаджирскому миру (одним из условий этого мира являлся, между прочим, пункт о том, что Россия не имеет права передачи Крыма третьей стороне: тов.Хрущев и тов.Ельцин дважды нарушили это условие, по неведению своему и своих советников, к советам которых они, впрочем, никогда, кажется, не прислушивались) виноделие пришло в упадок из-за неудачных административных решений. Почему-то было решено, что христианам опасно жить в соседстве с мусульманами - и десятки тысяч греков и генуэзцев были «бережно» переселены в окрестности Мариуполя, где до сих пор сохранился греческий топоним “Марсандра”.

Удивительно, как быстро природа умеет забывать дела человеческие. Стоило только завянуть греко-генуэзскому поселению – уже в 1793-94 гг. академик Паллас описывает Массандру как дикое и непролазное урочище, спустя всего 15 лет после переселения греков и генуэзцев из Крыма. Между прочим, сам топоним Массандра, по-видимому, произошел от греческого “марс андрос” - “военный человек” (это, вероятно, было военное поселение, как всегда в таких случаях, существовавшее на самообеспечении, в том числе и винном).

Точно также некогда благодатнейшая и плодороднейшая Байдарацкая долина, славившаяся своими виноградниками и садами, тутом, табаками Дюбек и Американ, хлопчатником и бахчами, ныне - почти незаселенная пустыня с жалкими посевами какого-то зерна и картошки. Живущие здесь люди – чужаки, мучающиеся и страдающие, как страдают подобные им где-нибудь на БАМе или в Таймырской тундре.

Первым владельцем Массандры - угрюмой разоренной деревушки на некомфортном северо-восточном склоне - стал М.С. Смирнов, по непонятным соображениям назвавший свое владение “Богоданной дачей”. В 1811 году дача отошла к казне. Существует также версия, что первой владелицей была С. Потоцкая. впоследствии Браницкая, подарившая ее своему зятю гр. М.С. Воронцову.

Культура виноградарства и виноделия начала восстанавливаться в первые десятилетия девятнадцатого века благодаря усилиям графа М.С. Воронцова и других деятелей. Гр. М.С. Воронцов скупал у местных крестьян и помещиков виноград на вино, обучал их цивилизованным приемам виноделия, развел образцовые виноградные плантации.

Существует в мире четыре социо-исторических типа виноделия (по-научному - ампелогенеза):

начальный – в Средиземноморье в самом широком смысле этого географического понятия – и в Колхиде, точнее, Кахетии, возникли первые два независимые очага виноделия; эти первородные вина Эллады, Египта, Кипра, Крита, Италии, Сицилии, Пиренейского полуострова, Финикии, Карфагена, Сирии и Палестины отличались античной, классической простотой и выразительностью.

христианский – виноделие вместе с христианством и, прежде всего, монастырями возникло во Франции и Германии, в Венгрии и Чехии, в Молдавии и Румынии; монахи имели дело почти с вечностью, а потому, не спеша и без суеты творили вина, задавшие все мировые стандарты и ассортимент;

«барский», то есть как некая барская затея и желание людей достаточных и благородных иметь у себя собственные вина – эти вина отличаются затейливостью и прихотливостью, а также изощренной мозаичностью и малотиражностью по малости виноградников и отсутствию интереса к винной торговле;

колонисткие вина, создаваемые колонистами, например, выходцами из Италии, Испании, Греции, Франции и Германии, то есть стран традиционного европейского виноделия, в новых странах - в Калифорнии, в Чили, в Южной Африке, в Австралии. Сюда же, вероятно, надо отнести китайские и другие восточные вина.

Крымские вина – уникальный букет всех четырех типов.

Первые “пенистые” вина в России возникли в имении академика Палласа в Судаке в 1799. Изобретение французского монаха-доминиканца Дона Периньона, сделанное им во второй половине 18 века, - шампанское вино, быстро вошло в моду и нашло своих сторонников и адептов повсеместно, в том числе и в России. В 1822-28 годах Судакское училище виноделия давало 105 дкл вина “на манер шампанского”. В 1846 году г-н Крич получает в Симферополе серебряную медаль за “пенистое вино” Судакской долины. В это же время шампанское Ай-Даниль гр. М.С.Воронцова приобретает широкую известность, процветает и фирма шампанских вин г-на Петриченко.

В 1804 году в Судаке открывается первое училище, в 1824 году - второе (в урочище Магарач, ныне это всемирно-известный институт виноградарства и виноделия). Интродуцируются сорта винограда из Италии, Испании, Франции. После долгих усилий прививается лоза Совиньон, Бастардо, Алеатико и другие общеевропейские сорта.

История Массандры как удельного владения

В 1889 году Уделы скупают Массандру и Ай-Даниль - с этого началась история формирования Массандры, официальное открытие которой состоялось в 1897 году, в бархатный сезон (апрель-май, когда двор, переезжая вместе с царской фамилией из Петербурга в Крым, сменял меховые одежды на бархатные - в Крыму в это время еще свежо; когда в стране бархат остался только на драпировках в Большом, бархатным сезоном стали называть сентябрь, уже по другим, климатическим основаниям, летние месяцы в Крыму назывались до революции ситцевым сезоном, а сентябрь - плисовым, потому что в сентябре, после Макарьевской и других ярмарок сюда съезжалось купечество). За год до этого открылся быстро ставший знаменитым Массандровский завод - уникальное инженерное сооружение с огромными подвалами, уходящими в глубокие недра горного склона, просторными солнечными площадками для мадер и хересов. Спроектировал этот завод мощностью 1 млн. бутылок и 400 тысяч дкл вина инженер Дитрих, закончил строительство инженер Чагин. 7 туннелей, каждый по 150 метров, уходят от общей галереи на глубину до 53 м. Строительство заняло три года.

В 1892 г. Уделы приглашают на должность управляющим Массандрой сорокасемилетнего кн. Сергея Львовича Голицына.

Князь С. Л. Голицын

Его сиятельство князь Сергей Львович Голицын имел случай родиться в 1845 году в Польше. Окончив Сорбонну и Московский университет, он в своем крымском имении “Новый Свет” занялся созданием отечественных игристых вин.

Это удалось ему в полной мере - на Всемирной выставке в Париже в 1900 году игристое “Новый Свет» тиража 1899 (урожая, стало быть, 1895 года) впервые завоевывает “Гран-При”, а Сергей Львович получает среди профессионалов неофициальный и почетный титул “князь экспертов”. Новосветское шампанское встало на одну доску с Поммери, Моэта, мадам Клико и другими французскими шедевральными марками.

Включив в царское предприятие свой Новый Свет, кн. С.Л. Голицын энергично взялся за развитие Массандры. Через 4 года 29 десятин виноградников превратились в 52.3 десятины, а урожайность выросла со 139 до 166 дкл вина с десятины.

Первыми массандровскими винами стали:

в собственно Массандре - Рислинг №61 (столовое), портвейн №81 (красное купажное), мускат №35

в Ливадии - каберне №40 (столовое), портвейн №80 (красный, Каберне), мускат №85

в Ай-Даниле - бордо №43, токай №85.

В 1904 году усилиями кн. Голицына у принца Мюрата прикупается имение Кучук-Ламбат (теперь это совхоз “Таврия”), виноградники увеличиваются до 267 десятин, стоятся подвалы в Ай-Даниле. Ливадии, Ореанде. Управляющего более всего заботят элитные сорта, а не массовый сбыт. Им же осваивается Абрау-Дюрсо и Мысхако на Кавказе и Алабашлы в Закавказье.

Царская фамилия довольно быстро охладела к крымским винным затеям, переключив свое внимание на кавказские вина. Беспокойный и неуживчивый князь впал в опалу и немилость. Массандровские подвалы в Москве, в Трубниковском переулке (теперь здесь самое непонятное и бесполезное министерство региональной политики и региональных проблем, решаемых не здесь, а методом этнических зачисток) продолжают пополняться, но – без всякого интереса со стороны последнего, такого неудачного царя.

Его сиятельство умер в Феодосии в 1915 году, счастливо не дождавшись разорения дела своей жизни.

До революции Массандра, в общем, процветала, Местные бондари, например, достигли такого мастерства и совершенства, что клепали гигантские бочки в 1000-1500 ведер с точностью до одного стакана! (1 ведро равно 4 галлонам, один галлон равен русской четверти, в одном ведре 20 винных бутылок, отсюда и тара на двадцать бутылок вина, которое традиционно в русской виноторговле шло на ведра).

Технология крымских десертных вин со времен гр.Воронцова такова, что из молодого вина вытягивается винный спирт, которым потом разбавляют выстаившуюся винную основу. Если винодел находил отобранный винный спирт недостаточно качественным для дорогих десертных вин, он выдерживал его несколько лет в дубовых бочках - так возникла и впоследствии приобрела устойчивую славу знаменитая воронцовская старка, именуемая ныне “коньяк “Ай-Петри”” и продаваемая по ценам, недоступным даже для самого гр. Воронцова (что не мешает безбожно подделывать этот напиток).

Некоммерческий, культурный характер Массандры подчеркивался двумя обстоятельствами:

Массандра никогда не конкурировала с соседними частными предприятиями, процветавшими своими винами (например, вино “Алушта” г-на Полякова, “Магарач” и знаменитые подвалы шипучих вин в Инкермане, ныне “Золотая балка”).

Массандра скупала вино у частных лиц и перерабатывала его на своих заводах в дивные марочные и коллекционные сорта; таким образом мелкие производители становились причастными к царским изысканным винам, цены на которые, кстати, были умеренны и доступны хотя бы по праздникам практически всем слоям общества, включая мелкую интеллигенцию и служилый люд.

Последняя точка в этой славной истории была поставлена при бароне Врангеле, который хотел, не разворачивая знамен и маршей против Москвы, превратить Крым в образцовый фрагмент России, чтобы все увидели: русские могут наладить и обустроить свою жизнь наилучшим образом. Реформам и надеждам миролюбивого генерала не удалось сбыться. Началась кровавая и жестокая вакханалия…

Первое разорение

С крымскими винами поступили точно также, как с библиотеками, собраниями картин, редкими коллекциями - их собрали в одном месте и объявили “достоянием народа”, который не то, чтобы пользоваться - знать не знал и в глаза не видел этого “достояния”.

Массандровские подвалы в 1920 году похоронили в себе вина из многих частных коллекций, в том числе гр. М.С.Воронцова и кн. С.Л.Голицына. Из графской коллекции поступило самое старое в сегодняшней коллекции вино - Херес де ла Фронтера 1775 года (оставалось в 1993 году всего семь бутылок), вместе с этим патриархом поступили и другие хересы урожаев вплоть до 1848 года, а также Саперави 1888 года. Из княжеских подвалов вывезли “Седьмое небо”, вина из алтайских медов, ливадийские Мускаты (№3 85 и 35), черный и розовый, Токай, Кагор. Мадеру (№№83 и 31), Портвейны 1889-90 гг. (№№81 и 32), Каберне, Рислинг, Семильон, шампанские - старое французское, испанское и германское. Голицынская коллекция насчитывала около получетверти миллиона бутылок…

Советская власть это есть что угодно минус хозяйство, особенно сельское. Дело не только в чудовищных экспериментах и ошибках. Дело еще и в плановости и отчетности. Строго по Апокалипсису: «и третья часть дерев сгорела, и вся трава зеленая сгорела» (Апкл. 8.7). Коснулась бесхозность и Крыма. Встречаю как-то небольшую овечью отару над Бахчисараем. Разговорились с пастухом. Приехал морячок с Дальнего Востока умирать от неведомой легочной болезни, со скуки завел овечку. Потом двух. Скоро образовалась отара в 30-40 голов. О смерти и болезни забыл давно.

-с кормами как?

-замечательно! Колхоз-то разогнали, а все по старому: весной они здесь зерно посеют, а осенью убирать приходят, если что есть убирать. Овечки мои – то травку, то зерно, то травку, то зерно, да и на зиму заготавливаю – все равно пропадает.

Бывший председатель колхоза, а ныне просто «хозяин» запрещает местным жителям выращивать табак, вино на виноград: боится, что разбогатеют и станут непослушными.

А в Массандре...в Массандре, помимо виноградников и винных заводов были сады – семечковые, косточковые, ореховые, были замечательные ягодники, была и своя переработка плодов, фруктов, ягод и орехов на соки, сиропы, компоты, сладости. Знаменитый кандиль-синап, незабвенный компот из белой черешни, крымский миндаль и каперсы для солянки, где вы? Ни садов, ни ягодников, ни ореховых рощ – Крым теперь в хозяйственном запустении, а Массандра, кроме вина, ничего уже не производит, на нет свели хозяйство...

Микоян и Сталин

Придворный шеф-повар и кравчий сталинского двора (в 1956 году в Венгрии он доказал себе и всему миру, что может не только лихо танцевать лезгинку, произносить тосты и быть тамадой, но еще и классно давить танками людей) обладал типичной для представителей партийной элиты шизофренией сознания. В 1936 году им были подготовлены и протащены решения ВКП(б) о развитии виноградарства и виноделия в Крыму и Грузии и о создании всесоюзной здравницы в Крыму. На узкую полосу Южного берега Крыма обрушилось сразу два счастья, к великому и горькому сожалению всех, взаимоисключающие друг друга. С одной стороны, было понастроено огромное количество “койко-мест” больничного типа, со строгим режимом питания, сна и развлечений (бег в мешках, экскурсии, лежание на открытом солнце, стояние в очередях). Здоровье в стране голодающего социализма измерялось на килограммы привеса и обставлялось строгими запретами: не курить, не пить, не болтать, не рвать, не ходить, не уединяться, спать сугубо членораздельно. С другой стороны, – интенсивное развитие виноделия. Возник парадокс - огромные толпы жаждущих и страждущих любви, приключений и развлечений вынуждены пить чай с бромом, минеральную воду и снотворные микстуры, винная торговля в Крыму имеет практически те же формы и размеры, что и на Чукотке, а вся продукция Массандры распределяется Москвой и оседает в принудительном порядке не там, где есть спрос, а более или менее равномерно по поголовью населения. Внутренний, региональный рынок вина здесь, в винном раю, так и не сложился. Основная масса “оздоровляющихся” предпочитала накачиваться привычной водкой из тумбочки или чемодана под койкой, лишь богема и более или менее творческие интеллигенты ценили местные вина и у себя дома и в Крыму. Эта же пресловутая прослойка любила внутренний и потаенный Крым, вдалеке от столпившихся тел очередников и сгрудившихся чуть не штабелями пляжных организмов

Программы развития Крыма, противоречащие друг другу, порождали достаточно уродливую инфраструктуру, но, вместе с тем и особый романтизм крымских каникул. Люди рожали детей где угодно, но зачинать их предпочитали в Крыму, романтической ночью, на пляже, под окрики милиции и пограничные прожектора, в кустах или на больничных койках санаториев, с бутылкой Муската или шампанского. Эмигрируя или будучи изгнанными, они уносили с собой ненависть и презрение к местам своего проживания, где их преследовали, травили, публично издевались. Но с нежностью вспоминали напоенные полузапретной романтикой звездные и томно-жаркие крымские горы. Это настолько сильно, что Василий Аксенов, например, перенес реальные действия оккупации Латвии на “Остров Крым”.

Прославился юркий нарком не только московской колбасой. В 1931 году он начал лихую распродажу шедевров Эрмитажа по бросовым ценам (от царских долгов отказались, но ценности восприняли как свои). Вот как он объяснял опешившим от неслыханной низости цен и легкости процедуры продажи полотна кисти Леонардо да Винчи американцам: «Конечно, в один прекрасный день революция произойдет и у вас, и тогда мы заберем картину назад, Так что, по существу, мы вам ее передаем лишь во временное пользование».

Не стало Сталина и Микояна, который, кстати, после смерти своего хозяина как-то быстро забросил свои кулинарно-гастрономические функции при дворе людоеда, а идеология массового оздоровления и всесоюзной ориентации виноделия сохранялась. Крымский партийный лидер Багров в начале 90-х годов все еще продолжал строить планы на десятки миллионов отдыхающих голодранцев.

Я это сильное словечко не случайно употребил. И дело вовсе не только в бедности людей, но и в непритязательности их вкусов.

Возвращаюсь как-то из Крыма, во всех углах купе СВ напичкав изысканными винами (украинская «таможня» по жадности переплюнет любую бразильскую), сосед мой, полковник КГБ, рассказывает мне:

-ехал отдыхать в Крым, в Партенит, а по старому, во Фрунзенское. Хоть и по путевке, но боялся – вдруг миллиона не хватит? В первый же вечер, по традиции, собрались соседи обмыть приезд новенького. Ну, естественно, водочка, пивко. Смотрю, мужики какими-то сухариками закусывают. Попробовал – солененькие, аккурат под пиво. Спрашиваю: «что это?» – «Педигрипал, импортный сухой собачий корм» – «почем куль?» – и после их ответа, я понял, что мне миллиона за глаза хватит.

Зачем им «Бастардо» или «Кокур»?

Война и второе разорение

Ненастной осенью 1941 года немцы подошли к Севастополю, и наверху было решено ничего фашистским гадам за это не давать и не оставлять, особенно выпивку. Надо заметить, что совершенно скифская манера ведения войны не раз выручала Россию. Не столько неприятель разрушал страну, сколько мы сами, что не могло не устрашать противника и поневоле приводило его к размышлению, а с нормальными ли он имеет дело, и эта неуверенность не прибавляла отваги и решимости – кто знает, чего тут можно еще ждать.

Короче, из Москвы в тихую Ялту пришел секретный приказ – что нужно, эвакуировать, что можно – спрятать, остальное – вылить и уничтожить.

Массандре к тому времени было всего пять лет, предприятие молодое, новых людей – больше половины. Политическая и военная обстановка – сложные, враги народа еще не все обнаружены, но уже поднимают свои змеиные головы, ну и так далее, все, что положено говорить перед выполнением ответственного задания сверху. Ведь обидно, в самом деле: экспроприировали частные коллекции вин мы, хранили в Массандровских подвалах мы, а пить будут – они.

Был тут у Центра еще и небольшой страх, ну, не то, чтобы страх, а неудобно могло получиться, хоть и плевать на буржуйские мнения, а все-таки и среди них есть наши союзники, и, вообще, давать лишний повод покричать газетам о варварстве большевиков – зачем?

Вот досталось бы немцам национальное достояние советского народа, а они, с присущей им педантичностью и наглостью, стали бы винную коллекцию разбирать, да выяснять, у кого, что и сколько было в 1921 году изъято, конфисковано и национализировано. И пошли бы вопросы: а где, к примеру, «Седьмое небо» князя Голицына? Где – его же знаменитые алтайские меды? Где старки и коньяки блистательного графа Воронцова? Ну, и так далее. И не объяснишь же проклятым оккупантам и газетчикам из союзных стран, что раз народное достояние, то лучшие сыны и вожди народа им и попользовались маленько.

Что смогли – замуровали в недалеких подвалах других винзаводов, что надо – тщательно упаковали, отсортировали и приготовили к эвакуации, остальное... Воду из всех брандсбойтов и калибров пустили, семнадцатитонные бочки пооткрывали, а бутылированное вино просто разбивали ящиками и ящечными штабелями. Старые бондари и виноделы навзрыд, а вслух – не моги, еще не все пособники и наймиты фашизма и оголтелые шпионские диверсанты выявлены и ликвидированы, а дело военное и исполнение незамедлительное. Один, однако, трубку сунул в винный ручей, что стал вытекать из подвала - девять градусов крепости ручей. Сахаристость, жалко, не смерил.

Дело темное, но то замурованное вино немцы таки вылакали: то ли сами пронюхали, где оно спрятано (что немудрено - советскую кладку, да еще наспех сделанную, от дореволюционной в любой темноте различишь), то ли кто из наших стуканул, родину и самое святое в ней предал, а может, это вообще была партизанская хитринка - упоить врага насмерть.

То, что надо, пятьдесят тысяч бутылок (теперешняя цена каждой такой бутылки - по 8-10 тысяч долларов) погрузили на пароходик «Массандра» вместе с двумя сопровождающими, старыми виноделами и проверенными товарищами и отправили, сказав всем для бдительности, что в Туапсе, а на самом деле в Новороссийск, куда тт. Микояном и Зотовым (тогдашним наркомом пищепрома) уже было дано распоряжение, подписанное железнодорожным тов. Кагановичем, выделить два вагона для отправки особо ценного груза в Куйбышев в сопровождении.

Уже за Тихорецкой сопровождающие почувствовали неладное – вагоны их расцепили и один загнали в тупичок: война войной, а пить всем хочется. Бдительные виноделы, грозя бумагой, воссоединили свои вагоны в одном эшелоне, хотя пары ящиков и не досчитались. Шустрые ребята в НКПС никогда не переводились.

Этот маневр с разъединением железнодорожники предпринимали несколько раз, однако все атаки были отбиты и – в сравнении с общим объемом, почти без потерь.

Прибыла коллекция, наконец, в эвакостолицу СССР, город Куйбышев, бывшую и будущую Самару. Тут в дело сразу вступили чекисты: груз конфисковали, сопровождающих задержали, допросили, взяли подписку о неразглашении и отпустили по миру.

Вышли те на свет Божий – а куда деваться? Ни, тебе документа о конфискации, ни накладной, даже подписка о неразглашении – и та в органах осталась. Пропили, скажет начальство, народное достояние, или того хуже – народное добро проспекулировали, не уберегли.

И сообразили сопровождающие позвонить тов. Микояну и тов. Зотову. Кто-то из них трубку взял.

Чекистов тех, конечно, не обезвредили, но перевели из Самары в порт Ванино обеспечивать транспорты со спецгрузом из врагов народа, хотя органы и успели распорядиться новосветскими шампанскими конца прошлого века.

В Москву правительство возвращалось, уже не расставаясь с коллекцией. Тов. Микоян и тов. Зотов лично обеспечивали сохранность народного достояния и зорко следили за правильностью его распределения между членами правительства и руководителями страны, фронта и тыла. Коллекция же была столь велика, что даже кое-что осталось и торжественно вернулось вновь в Крым. В родные массандровские подвалы.

А двух виноделов представили к правительственной награде и вручили каждому по ордену «за героическое спасение особо ценного народного достояния от немецко-фашистких оккупантов», как было записано в наградном приказе, а не от органов и НКПС, как оно было на самом деле.

Далее эта история имеет уже дедективно-мифологический характер.

Корнет необоленский

«Корнет», «Надежда» – эти шампанские уже давно мелькают на московских прилавках. Кто-то их покупает, раз мелькают. Я – никогда. Знаем мы эти шампанские. Нет уж, лучше переплатить, но пить импортное, из Судака или севастопольской Золотой Балки, на худой конец, Артемовское. Конечно, есть отечественное Абрау-Дюрсо, все того же неистового князя Льва Голицына (он, хоть и русский, а для нас, за дальностью эпох – дальше иностранца и вполне в одном ряду с Доном Периньоном и вдовой Клико), но я предпочитаю крымские или криковские, из Молдавии.

А тут мне привезли в презент этого самого «Корнета». Деваться некуда – пришлось выпить. Конечно, это не «Три пиявки» Очаковского винкомбината – там чисто дрожжевой напиток, который хорош только для выведения угрей в раннем возрасте. То есть, пить «Корнет» вполне можно: только придирчивый и капризный хлебатель шампанского улавливает: что-то здесь не так, не то, какая-то технологическая неувязка, неточность, как запятая перед «как» – то ставить, то не ставить, сомнение берет всякий раз.

Я повертел бутылку: даты урожая нет, на контр-этикетке всякая мура написана, вэбсайт дан, глянул и на вэбсайт: убого, как «храните деньги в сберегательной кассе», полно ошибок и рассчитано только на хмурых оптовиков, ничего для нас, развеселой и разбитной розничной братии. А оптовик, он ведь, может, и не пьет шампанское, он, может, привык, как и все оптовики, «абсолют» жрать безразмерно.

И только после долгих исканий и ползаний по этикетке и вэбсайту я обнаружил, что завод был открыт в Москве на базе имевшихся винно-водочных мощностей в 1942 году.

Что такое 1942-ой год?

Весной Сталин, спасая свою шкуру, начал тайные сепаратные переговоры с Гитлером об окончании восточной кампании, объединении сил двух диктатур и нанесении красно-коричневого удара по Англии и Америке. Все лето на всех фронтах было затишье – в ожидании результатов переговоров.

Но Сталин не был бы Сталиным, если бы не двурушничал. Летнюю передышку он использовал для налаживания эвакуированных производств на Востоке, а также для создания силами КГБ и верного помощника КГБ комсомола диверсионно-подрывной сети в тылу немцев, на оккупированных территориях Белоруссии, Украины и Западной России. Осенью эта партизанская сеть была создана и даже начала действовать.

Что, по-видимому, и послужило одной из причин срыва сепаратных переговоров. К концу 1942-го года немцы опять начали массированнное наступление и достигли Нижней Волги в районе Сталинграда. Исход войны стал совершенно непредсказуем.

В этой ситуации кажется совершенно невероятным и необъяснимым как, зачем и почему в Москве, откуда эвакуировалась не только вся почти вся промышленность, но также ВУЗы, наука, искусства, бюрократия, правительство и население, вдруг понадобился завод шампанских вин.

Все мои запросы – по телефону и электронной почтой – заводом были оставлены втуне. Поэтому дальнейшие рассуждения – всего лишь гипотеза, не более того.

Гипотеза №1

На Арбате, в Трубниковском переулке, в огромных подвалах хранилась коллекция массандровских вин, прежде всего шампанских, принадлежавшая министерству Уделов Его императорского Величества (ныне это ведомство называется не то Администрацией президента, не то Управделами его же. По панической дурости эту коллекцию могли использовать в производственных целях.

Гипотеза №2.

Эта коллекция, сама ли по себе, либо вкупе с московской, и стала экспериментальным материалом для освоения шампанских технологий в грозных условиях войны.

Умельцами наша страна всегда славилась, особенно, если в затылок дышит взведенное дуло.

Не про вино, но про тогдашние советские технологии существует такая байка.

На одном очень оборонном заводе должны были варить броню для нового танка. Бились-бились, а процесс в гальванике не идет. Осталась последняя ночь – утром либо броня либо расстрел. Отчаявшийся главный инженер в сердцах плюнул в гальваническую ванну – и процесс пошел! Сколько потом ни пытались синтезировать чудо-слюну – ничего не получалась. Уж и война прошла и еще два десятка лет, а инженер все плевал в гальванику, пока не помер. Но – времена изменились и научились делать другую броню, из других подручных.

Так и с винами.

Скорей всего, приказали умельцам раскрыть секрет шампанских и наладить производство в сжатые до боли сроки. Патронов и бутылок, как всегда, не жалеть.

И не пожалели. И сделали. И получилось очень похоже.

Прошло уже более шестидесяти лет, а мы все пьем это шампанское, такое похожее на настоящее. И только самые придирчивые и капризные недоверчиво и дотошно крутят бокалы и бутылки. А чего их вертеть, если налито?

50-летие Массандры

Послевоенный угар победы над собственным другом Гитлером Сталин праздновал пышно - страна истекала кровью и водкой, а ночной бред великого параноика претворялся в подземные дворцы метро и высотные здания, в каналы и лесополосы.

В 1947 году в честь 50-летия Массандры на Тверской, в самом ее начале, открывается магазин “Российские вина”, внутреннее, почти храмовое убранство - пейзажи Южного берега Крыма, выполненные в лучших традициях сю-сю-реализма. В подвале - шикарный дегустационный зал, демонстрирующий достижения Массандры пролетариям всех стран и приглашенным буржуям. Несколько лет спустя открылся на ВСХВ павильон “Виноградарство и виноделие” с дегустационном залом, где Массандра была безусловным лидером.

Теперь на Тверской - магазин “Марочные вина”, отдел магазина “Диета”, Подвал с фресками заброшен и залит водой, витрины и полки заполнены итальянскими винами и ликерами, “Кампари” и “Мартини”, чаями и коробками из-под чая. Стоит здесь и Массандра…

Егоров

Александр Александрович Егоров родился в 1874 году. 23 лет от роду, молодой ботаник и выпускник Московского университета устраивается рабочим на винный завод в Абрау-Дюрсо, что под Новороссийском, затем полгода работает в Массандре, откуда направляется кн. С.Л.Голицыным в Грузию. Здесь проходят первые 25 лет его самостоятельной деятельности винодела. Работая на заводах №1 и №2 Самтреста, он создает такие шедевры как Цинандали, Напареули, Мукузани, Телави. Им же создается промышленное виноделие Нагорного Карабаха в ходе десятилетнего опыта работы в Азербайджане.

После постановления ВКП(б) 1936 года о создании объединения “Массандра” (от Фороса до Судака) Микоян вызывает из Баку Егорова и ставит его главным виноделом огромного предприятия. Здесь А.А.Егоров проработал еще 33 года, умер 1 мая 1969 года, в почете и с неизменной мадерой Серсиаль в стакане, прожив 94 года. Его именем названа улица, ведущая от троллейбусной линии Симферополь-Ялта к головному заводу в Массандре.

А.А.Егоров - автор Пино Гри Ай-Даниль и белого Муската “Красный Камень”. Это - самое знаменитое вино в мире. При Егорове ассортимент массандровских вин расширился с 24 до 44 наименований и им же были даны научные обоснования многих “магических” процессов виноделия и разработана классификация крымских вин.

Райкино разорение

Главный агроном закарпатского винсовхоза “Береговский” в 1988 году, рассказывая о бедствиях и порухах, нанесенных виноделию Райкой, вспомнил и своего друга, директора ялтинского “Магарача”, одного из крупнейших мировых авторитетов в виноделии Голодригу. Агроном отвернулся к окну, и я вскользь увидел в его глазах слезы с кулак. Голодрига повесился на бетонной опоре виноградника, не желая превращать свой институт виноградарства и виноделия в институт “винограда и продуктов его переработки”, как того требовала вздорная бабенка и ее лизоблюды, прежде всего некий Багров, первый секретарь крымского обкома партии, а ныне ректор Крымского университета, будучи весьма затрапезным кандидатом географических наук (ни один волос ни с одной номенклатурной головы не пал). Погиб великий винодел, ученый с мировым именем, по Массандре был нанесен сокрушительный удар, от которого она так и не оправилась - на несколько лет ее лишили основной сырьевой базы - восточных виноградников Судака, Раздольного, Приветного, Малореченского и Веселого. Столовые сорта стали интенсивно вытеснять технические, пошла-поехала “перестройка”, точно названная в анекдотах “дебилдингом”. Если конец “счастливой эпохи“ Брежнева был ознаменован рекордно высоким урожаем 1982 года, то райкину дурь природа встретила рекордно низким урожаем 1987 года…

И не надо думать, что дело только в дури одной отдельно взятой дуры. В недрах КПСС зрел и вынашивался план полного уничтожения табачной промышленности вслед за виноделием. Стояли за этими «антиникотиновой» и «антиалкогольной» кампаниями весьма мрачные фигуры из КГБ, в частности, Алиев, а за кулисами КГБ и ЦК – скорей всего, международные или отечественные наркобароны… Не успели…

Рыночное разорение

В “рынок” “Массандра” стала входить разоренной и никак не подготовленной, в полной дезориентации и с потерей всех налаженных связей - всесоюзная ориентация и ориентация на рынок СЭВ с исчезновением и того и другого сыграли дурную шутку - нищая Украина никак не может поглотить даже резко сократившийся объем производимых “Массандрой” вин.

К тому же в объединении собрались прекрасные дегустаторы, виноделы, биохимики, но - ни одного специалиста по маркетингу, рекламе, современному менеджменту. Пошли чудовищные, с точки зрения нормального продвижения товара на рынок, ошибки.

Надо заметить, что первое (и единственное), что было понято большинством в рыночной экономике, - это вседозволенность и полное отсутствие совести. Тяжело в этом признаваться, но “рынок” был воспринят именно так. Именно как распускание вожжей.

Попыталась “Массандра” закупать винные бутылки из Молдавии - а оттуда пошел брак вперемешку с нестандартом. Попытались отправить партию шампанского в Ригу - на четырех таможнях (одна украинская, две российских и одна латвийская) вино было просто разграблено алчной сворой таможенников и пограничников.

Неудачной оказалась и попытка выйти на мировой рынок через “Сотбис”. Раритеты, конечно, были проданы, но ведь это единичные экземпляры бутылок. Тратить же на рекламу - не из чего. Стали продавать партии старинных вин, оправдывая пополнением новыми поступлениями. Но ведь это все равно, что менять генералов на рядовых - современные вина будут стоить столько, сколько сейчас старые, но не сегодня, а спустя столько лет, сколько этим старым винам сейчас.

Между прочим, венгерская Токайская долина, представленная на рынке “Токайским торговым домом” в схожей ситуации поступила иначе, умней и дальновидней - венгры стали скупать по всему миру собственные вина, чтобы иметь монопольно полную коллекцию токайских. За экспортом же раритетов (к ним относится, например, “Эссенция”) следит государство, установившее жесткую квоту в триста бутылочек “Эссенции” в год.

К тому же, неискушенные в public relations, руководители “Массандры” обрушили на себя гнев местных жителей и украинских националистов, которые завопили о распродаже украинских культурных национальных ценностей. При всем уважении к Бендере, мне трудно представить себе династию Романовых, кн. С.Л.Голицына, гр. М.С.Воронцова и других украинцами, а Крым и Массандру - вне русской культуры и истории.

Трагичной оказалась и всеукраинская практика оплаты труда натурой - производимой продукцией. Работники “Массандры” вынуждены были выйти на улицы и площади Ялты и торговать дорогими марочными и коллекционными винами на панели, в одном ряду с редиской, сигаретами, семечками и спичками. Так были потеряны контроль за розничными ценами и ореол торжественной праздничности массандровских вин. Ныне - в Крыму, Москве и Заполярье - можно найти ларек, в котором стоит (!) коллекционное массандровское вино ( оно должно хранится бережно и горизонтально, чтобы не обсыхала пробка),может быть даже и неподдельное, по какой-нибудь несуразно-высокой или несуразно-низкой цене, и на вопрос о том, откуда эта бутылка и эта цена, бойкая бабешка, запивая кока-колой мальберину, беспечно ответит: “Не мой товар. Мое дело - продать.”

Воровство в «рыночных условиях» стало куда изощренней: воруют не вино, этикетки (десять этикет – доллар). Наклеивают этикетку на любую бурду и втюхивают приезжему шахтеру, очумевшему от стачек, или зачумленному в своей палатке «новому русскому». А современных средств защиты у «Массандры» почти нет – фирменных бутылок, фирменных пробок, фирменной тары и упаковки.

Ну, и, конечно, иностранные конкуренты, ведущие в России, на Украине, вообще на просторах рухнувшей эпохи активную интервенцию товаров - от приличных до дряни. В этом потоке “Массандра” совсем затерялась, а попытки модернизировать дизайн этикеток привели к потере доверия у последних могикан-любителей массандровских вин. К тому же эти могикане - на грани обнищания и выживания. Не до дорогих вин…

Будущее Массандры

Странная вещь - история. Можно принимать какие угодно и сколько угодно всемирно-исторических решений, можно натворить сколько угодно бед и дел, а она сама отбирает, оставляет и сохраняет только то, что попадает в культуру. И все то, что кажется нам серьезным и значимым сегодня, оказывается напрочь забытым завтра либо вспоминаемым, как милый вздор.

И еще одна странная черта истории - чем больше и лучше мы знаем прошлое, тем менее значимо для нас и недоступней будущее. Это, кстати, хорошо понимали большевики, уничтожавшие прошлое, чтобы можно было работать с будущим почти на инженерном уровне.

Именно поэтому я никогда не задумывался о будущем Массандры (да и чего бы то ни было другого), но надеюсь, что она, как олицетворение крымского виноделия, будет спасена Божьим промыслом, природой, высоким профессионализмом и любовью служащих ей людей.

Пока жизнь в России и на Украине теплится на грани разума и безумия, ни о каком нормальном массовом винопитии, тем более изысканных массандровских вин, речь идти не может. Пока, слава Богу, формируется местный устойчивый рынок в Крыму и элитный рынок в дорогих ресторанах и магазинах Москвы, Питера, Киева и других центров. Пиво, водка, суррогаты – вот, что доминирует сегодня на рынке – и будет доминировать, пока чекисты с человеческим лицом и другие человекообразные находятся у власти.

Коллекция крымских вин

Будучи патриотом массандровских вин, действительно выдающихся в мировой практике, назову самые знаменитые вина этой коллекции - Мускат белый Красного камня был изобретен Александром Александровичем Егоровым (учеником кн. Голицына) и является самым знаменитым в мире вином - оно награждено не только с семнадцатью международными медалями, но и имеет два золотых ромба (лучшее вино года в мире, всего таких ромбов было выдано сорок). Это вино даже нюхать залпом нельзя - только кусочками. Свое пятидесятилетие я отмечал этим вином (урожай 1956 года, ровесник жены) в семейном кругу в далекой владимирской деревушке. Когда открыли бутылку, по вечернему сосновому лесу поплыл сладкий дурман, затихли собаки и грибы почтительно сняли шляпки.

Изысканны крымские Мускатели, особенно черный, обладающий бархатным тембром крымской звездной ночи, где возвышенный звездопад дарит надежды даже в самой безутешной и безответной любви.

Егорову же принадлежит Пино Гри Ай-Даниль - десертное вино, близкое к ликерному, обладающее высшей изысканностью вкуса и самым очаровательным букетом. Несмотря на 23%-ное содержание сахара, оно не то, что неприторно - сахар в вине незаметен. Если вы зачерствели и огрубели - выпейте немного Пино Гри Ай-Даниль - и вы влюбитесь даже в девушку с веслом!

Прекрасно крымское "Бастардо" - дважды незаконнорожденное вино. Увы, на меня оно действует, как романы Достоевского - я заболеваю от него, схожу с ума, начинаю жить жизнью героев великого писателя.

«Черный доктор» («Кара Яким») -- самое мусульманское изо всех крымских вин. В нем дышит знойным покоем ночной Гурзуф. У этого вина походка пятнадцатилетней девочки-газели, с темными влажными глазами и шелком длинных волос. Для крымских татар багровый букет «Черного доктора» застиг глаза слезой воспоминаний о дивном минарете Гурзуфской мечети, построенной на священной скале, где в античной древности Ифигения чуть не принесла в жертву жестокой Деве Артемиде своего брата Ореста. Злая кровь Атридов, сквозь тысячелетия, проступает в тусклом и густом вине, сладчайшей из отрав.

Сухие крымские исключительно поэтичны. Как-то с замечательным крымским астрономом Владимирским мы сидели у него в квартире, потягивали то соломенный «Совиньон», то с хвойной зеленцой «пино», смотрели коллекцию его картин, читали стихи. Я, по обыкновению, декламировал Бродского:

Понт шумит за черной изгородью пиний.

Чье-то судно с ветром борется у мыса.

На рассохшейся скамейке – Старший Плиний.

Дрозд щебечет в шевелюре кипариса».

Мы одновременно глянули в балконное окно. На далеком яростно синем горизонте какой-то парус с борением входил в Севастопольскую бухту, в курчавом кипарисе лениво шебуршала пернатая тварь, небо разомлело от третьего стакана, а вечно пьяный горный ветерок звал в никуда, в просторы, выси и невесомости. Все было, как при Плинии Старшем и Бродском...

Красный Портвейн "Ливадия" - пока самое дорогое из наших вин. На аукционе “Сотбис” в 1990 году две бутылки этого вина урожая 1891 года (дегустационная оценка 10 баллов! Выше только это же вино урожая 1892 года +10 баллов) были проданы по 5200 фунтов стерлингов каждая. Вечернее вино, даже ночное. Впрочем, все крымские десертные и крепленые вина предназначены для любви и ночного сокровенного свидания. Это вино идет исключительно на десерт и закусывать его можно только медленным танцем и щебетом признаний.

Мускатное шампанское, хоть и не массандровское (его делают на Инкерманском заводе под Севастополем), но без него Южный Крым - южный крым. Как-то я работал в Симферополе, а на заработанные деньги снял жене номер в Гурзуфе, в санатории Пушкина. На уикэнд я приехал к ней. Мы устлали постель свежими лепестками роз, пили мускатное шампанское, заедали огромными маслинами и тяжелым виноградом, а перед нами стоял мираж гурзуфского пейзажа и звучал концерт для звезд с луною. И тихо шипело мускатным прибоем море.

Мускатное шампанское даже новых русских хищниц делает ласковыми и ручными.

Крымское белое "Верхний Мартьян" урожаев 1944 и 1945 годов получило высшую оценку для молодых сухих вин - 8 баллов, этот рекорд не побит до сих пор.

Мадера 1903 года получила в свое время оценку 9.3 балла и это - также рекорд для мадеры, "женского коньяка", который все-таки предпочитают пить мужчины.

Шампанские Нового Света - достижение другого выдающегося отечественного винодела - князя Льва Сергеевича Голицына. Игристое "Новый Свет" тиража 1899 года завоевало Гран При на Всемирной выставке в Париже.

Крымские Токаи, по признанию венгров, не хуже токайских Токаев, но так далеко ушли от них, что неузнаваемы. Вообще Крым при интродукции европейской лозы так сильно изменяет изначальные особенности вин, что узнать их - задача сложная. Это касается и Кагоров и Алеатико и многих других вин, прописавшихся на клочковатых виноградниках Крыма.

Надо заметить, что качество крымского вина легко читается в его названии: чем точнее название, тем лучше вино. Вот тот же Красный Портвейн совхоза «Ливадия»: в удачные годы он называется «Ливадия», в средние по урожаю и качеству – Южнобережный, а в редкие неудачные годы – просто Крымский (в катастрофически неудачные годы его, вероятно, должны были назвать Советским Красным Портвейном).

В двадцатые годы однажды и совершенно случайно одно из крымских вин приобрело аромат полевой ромашки - этот уникальный случай больше не повторился.

Бархатисты (чуть не на ощупь и зримо) черный и розовый мускатель.

Красным сухим вином «Алушта» можно лечить чуть не половину таблицы Менделеева болезней, но прежде всего – желудочные заболевания, анемию и белокровие.

Коньяк Ай-Петри – выдающееся наследие графа Воронцова, делавшего знаменитую старку из винных спиртов. Коньяк этот выдает себя с головой не только на вкус, но и ароматом, вобрав в себя лучшие букетные свойства крымских вин

Все массандровские вина родовым образом объединены общим букетом, настоянном на любви и романтике, на солнцепеке и белостенных горах, в них хранится гений этого драгоценного места и, кажется, утопи меня в марракотовой бездне, дай вволю напиться морской соленой воды, продержи там пару сотен лет, а потом дай глоток крымского десертного вина - и я его ни с чем его не спутаю и вновь оживу.

Типы дегустаций

Христос в разных местах Евангелия потребляет вино или превращает воду в вино, прощаясь же с учениками на Тайной Вечере, Он говорит о вине: «Сие есть Кровь Моя нового завета, за многих изливаемая во оставление грехов. Сказываю же вам, что отныне не буду пить от плода сего виноградного до того дня, когда буду пить с вами новое вино в царстве Отца Моего» (Мтф.5.28-29). Тайная Вечеря – один из самых сакральных типов дегустации.

У нас, в клубе московских географов и философов-любителей массандровских вин сложились свои представления о том, какими должны быть винные дегустации: поэтические, музыкальные, живописные, или – кагоры разных мест производства, или – «Кокур Сурож» разных урожаев...

В русском клубе Монтерейского института иностранных исследований собралось человек тридцать, при свечах и паре ящиков вин. Называлось это «Славянские вина и русские стихи», хотя вина были не только славянские, например, греческие и румынские, а сами стихи перемежались дегустационными лекционными предварениями и песнями – Высоцкого, Гребенщикова, «Колибри». Выпьем по крохотулечке вина, потом стихи, потом – в диссонанс или в продолжение – песня, а пока разливают по следующей – рассказ о предстоящем глотке вина. Апофеозом вечера были массандровские коллекционные вина двадцати-тридцатилетних возрастов...

Разумеется, все возможные и существующие типы дегустаций описать просто невозможно. Предложим Вам лишь несколько наиболее значимых (не для профессионалов, а для нас, любителей) технологий:

-гурманская дегустация одного типа вина (шампанских, мадер, портвейнов, коньяков), чтобы понять географию этого вина, совершить кругосветное путешествие с помощью кагоров, хересов, романей или токайских...

-гурманская же дегустация одного и того же вина разных лет (хронологическая, но с проставлением своих оценок, с тем, чтобы потом сравнить свой, индивидуальный вкус с профессиональным) - этот вид дегустации позволяет нам утончать собственное восприятие вина и прожить историю этого, конкретного вина...

-гастрономическая дегустация - перепробывание одного вина с разными закусками или одной закуски с разными винами - так мы сможем понять и принять для себя и своего вкуса гастрономическую стратегию винопития

-художественная дегустация - живописная, поэтическая, драматическая, киношная, музыкальная - восхитительное погружение в мир непознанного и восторги открываемого мира. Да, мир может открываться нам взрывом шампанского или сладостным тягучим током крепленого вина. Для меня живопись и стихи Макса Волошина, особенно его охристо-коричневые крымские акварели неотделимы от Кокура Сурож, биттлы - от джина с тоником, "Караван" Дюка Эллингтона - от виски "Белая лошадь", вторая соль-минорная соната Шопена от мозельского, "Болеро" Равеля и "темный" Гойя - от хереса (о, сколько химерического отчаянья в настоящем хересе и в "Асмодеях"!), "Письма к римскому другу" Иосифа Бродского от красного сухого "Алушта" и сухой мадеры...

-дегустация-ностальгия, дегустация-воспоминание, прошибающая нас слезой и возвышенными вздохами о непоправимом и неслучившемся...

-закупочная дегустация, заканчивающаяся заказом партии вина или вин...

-дегустация-подарок, дегустация-свидание, дегустация-праздник - ведь дарим же мы любимым букеты цветов, почему же нельзя подарить букет прекрасных и пышных вин?..

Клубные коллекции

Общественная жизнь - это прежде всего клубная жизнь, ощущение своей принадлежности к некоторому избранному, а потому для тебя - изысканному обществу: кого-то тошнит от армейских кампаний, а для кого-то общество отставных офицеров - последний просвет в "гражданке", кому-то претит один вид "новых русских", этих презренных тружеников капитала, но даже и они где-то тусуются вместе. И каждый такой клуб имеет свои внутренние кодексы, привилегии и традиции, в частности, традиции общения с вином, вообще - с напитками. Где-то предпочитают беспроигрышную водку кашинского разлива, мануфактуру (рукав) и проверенный годами беломор, кто-то предпочитает изыск отечественного разливного пивка и русскую баню, некоторые клубы предпочитают безалкогольные напитки, но наше очень маленькое общество московских философов и географов - любителей массандровских вин отдает предпочтение именно этим напиткам, а среди них - десертным. Что может быть бесподобней бесконечного покручивания бокала с Пино Гри Ай-Даниль и втягивания обнищавшими докторскими носами искуса и яда тончайших ароматов крохотного клочка божественного виноградника в предгорьях незабываемого с юности счастья.

Клубные коллекции и запасы дорогих этому клубу вин и напитков - область особого попечения, забот и гордости, тут такая жестокая конкуренция возможна - только держись! Это ведь - честь клуба, общественная честь!

По дороге в рай

И вьется дорога, и бьется дорога,

По склонам, ущельям и памяти Крыма,

И слезы забытого счастья навеки

мне застят глаза, а на горизонте...

А на горизонте, за тем поворотом?

Опять? Неужели? Но вьется дорога
и бьется тревога: осталось немного –

И там, между дымок,

сквозь мифы и слезы

Я снова увижу: отвесные скалы,

Лазурное небо, янтарные сосны,

Столбы кипарисов, мечты и надежды,

Твое ароматное, знойное тело,

Мои неумелые робкие мысли,

И нежные строки, и тонкие губы,

И светлые волны, и капли муската,

И брызги, и солнце, светлейшее солнце

Безоблачной неги, вишневые взгляды,

Тяжелые звезды в распахнутом небе

И тот пароходик из школьной тетрадки

И стайка дельфинов... я мчу по дороге,

Ведущей куда-то,

Стою на пороге

Счастливого ада любви незабвенной,

Прошедшей, но вечной,

Как вечны и зримы

Во снах и скитаньях твои переулки,

Прекрасная Ялта.

Страна любви

Вот паспорт, поистрепанный судьбой,

Невыездной, с утерянной пропиской,

Как лохмотья. А за подкладкой –

Желтенький и будто проржавевший

Совковый рубль. А на нем

Слова признания «от любящей студентки».

Я тихо наливаю брют и тихо вспоминаю эти дни...

Шальной апрельский ветер из Босфора

Соленый крик обезумевших чаек,

Стремительней последнего героя,

Полет ненужных людям облаков.

Нам лом и скрежет грузового будня –

Причина неприсутствия в строю.

Наш горизонт натянут в вертикаль,

поскольку мы лежим в беспамятстве любви,

и нам весь мир отныне – на дыбах

и в свежести соломы совиньона,

ты мне молчишь свои мальчишеские годы

или лопочешь бред о старом негодяе,

который так по-юношески нежен.

Немного фиг и каперсы с Фороса,

И лепестки тяжелой крымской розы.

На набережной редкая толпа

Для нас с тобой теперь не существует,

Мы чувствуем бессмертия реальность,

Между нами так ничего – и эта нагота

Честнейшая порука: мы не умрем, я для тебя,

Ты -- для смешного друга, спешащего опять

Еще, еще, еще хотя бы раз!

И незаметно утро переходит

в сумрак, затем в сплошную сладостную

ночь. Мы нагишом плывем к звезде,

зависшей над водою, дорожку лунную

руками раздвигая, и вновь туда,

где розы лепестки измяты нашими телами.

И я, седой Орест и Трою победивший

Агамемнон, я, брат и твой отец,

Готов стать жертвою прекрасной

Ифигении Тавриды.

И между гимнами – короткие, немые

Счастливые, как привиденья – сны

Из наших будущих, которые не будут,

которые развеют самолеты

моих отлетов, оставаний здесь твоих.

Где ты сейчас? Какие мужики

Через тебя прошли и сгинули навеки?

Какие социальные низины тебя таят?

О, девочка моя!

Нежнейшее созданье!

Страна любви – великая страна!

Ей наплевать на наши похожденья

По мукам серых и преступных будней,

Ей безразлично наше постоянство

И крики вышедших из строя «Я служу!»

В ней нет собак с предательством

И преданностью глаз.

Прошли года, шальные и лихие:

я имя, так шептавшееся там, сейчас, хоть расстреляй,

твое, прекрасная, не помню.

Его таскают разные иные.

Мы никогда! - Ты слышишь? - Никогда,

Мы никогда не пресечем границы

Страны любви и даже в тихой смерти

Навек останемся, наедине, с тобою.

С тобой,

любивший, любящий и будущий любить