Осенью лососевые
граждане Америки, после восьми лет скитаний в 200-мильной зоне, нейтральных
водах и по прочим заграницам, возвращаются в родные реки. Тут их ждут с
распростертыми объятьями рыборазводящие заводы и частные акулы рыбного промысла
типа Жени Зудилова.
Мы сидим втроем в небольшом уютном пространстве,
отделяющем парадный вход в его квартиру от выхода в крохотный задний дворик.
Вечеряем разваристым лососем в немудрящем голландском соусе, едим чайными
ложками красную икру, запивая нашу скромную снедь нехитрым французским коньяком
«ХО» -- «extra old», «очень старым», хотя,
какой же он очень старый? – всего лишь 25 лет, вот мы, XXO...
Давно известно, что чем
хуже лосось, тем лучше икра. Самый дешевый лосось – кета с горбушей, у них и
самая лучшая икра. Но дело не только в видах и разновидностях: у молодого
лосося мясо, конечно, гораздо лучше во всех отношениях, чем у старого, зато
икра там – мелкая, незрелая, невзрачная, а эта – не прокусишь, икринка от
икринки, бутерброд не сделаешь, только ложками.
Хитро природа распорядилась, не как у людей, а, пожалуй,
даже и посправедливей, подраматичней, чем у людей. Акт любви у лососей
рдновременно и акт смерти. Истощенные и изможденные любовью, они умирают на
возвышенной ноте своей жизни, чтобы дать жизнь следующей генерации – и никаких
подгузников, памперсов, педиатров, педофилов и киндергартенов: вся система
образования и воспитания передается на генетическом уровне. И молодь повторит
точь-в-точь жизненный путь родителей и завершит его массовой оргией и смертью в
том же самом месте своего рождения.
А мы вот: и мясо уже не
то, и икры с молоками – по сусекам наскребешь. Мы к коньякам ближе: чем старше,
тем дороже духом, а не плотью.
- А чем все-таки наши
женщины отличаются от американок или, скажем, европеек? – простая пища
порождает простые вопросы.
- Ну, давай начнем с
глубины веков, там ведь все корни.
- Со скифов, что ли?
- А хотя бы. Жили они
вперемешку с амазонками по Северному Причерноморью, Северному Кавказу, Нижнему
Дону. Соседние культуры, обычно, очень контрастны. У амазонок – явно выраженный
матриархат, у скифов – патриархат, более строгий и жестокий, чем у эллинов и
других патриархальных народов. Когда
муж умирал, его жен или жену убивали и клали вместе с ним в могилу. Так
сказать, любовь до гроба. И женщина, естественно, делала все возможное, чтобы
муж не умер, холила его, берегла и нежила, как могла. Оттуда, из тех далей и
тянется верность русских женщин. Поскобли в бане современную русскую феминистку
– и обнаружишь в ней скифскую верность и покорность.
- Я думаю, что эта
зависимость все-таки сформировалась в ходе хозяйственной жизни, в обыденности и
быту.
- Что ты имеешь в виду?
- Россия – страна сугубо
аграрная, к тому же – северная. Хозяйственный год – короткий: от Пасхи до
Покрова. В это время вся семья, прежде всего, конечно, супруги, совместно
производят натуральные продукты, натуральную часть семейного дохода. И
складывают эти продукты в копнах, подвалах, мешках и тому подобное. На зиму же
мужчины уходили на отхожие промыслы: на охоту, извоз, позже – в города:
половыми, ломовыми извозчиками, истопниками всякими, еще позже, вплоть до самой
революции – рабочими на фабрики и заводы, живя в этих городах в фабричных
казармах и бараках. Весой они приходили в деревню, неся денежную часть семейного
дохода, они были, следовательно, монопольными добытчиками денег. Женщины,
оставаясь на зиму в деревне, блюли семейную честь (а попробуй ее не соблюди в
деревне, где всем все известно!) и сводили концы с концами.
- И еще воспитывая и
выращивая детей. Именно эта их функция сделала их моральными лидерами в семьях.
Мужчина – добытчик, он – материальный лидер, женщина – моральный. Отсюда и
литературный образ русской женщины. Сонечка Мармеладова, Екатерина из «Грозы»,
Татьяна Ларина – это все моральные лидеры.
Дело ведь не в том, остановит она коня или нет, а в ее моральном
лидерстве.
- Мало того, современная
русская женщина – еще и домашний врач. Почти все интеллигентные женщины имеют
военное образование медсестры и вполне профессионально выполняет эти функции в
собственной семье.
- Чего ж они все так
рвутся замуж из России?
- А ты посмотри на
демографическую ситуацию в стране, на поло-возрастную структуру населения. Как
и во всем мире мальчиков в России рождается чуть больше, чем девочек
(соответственно, по 504 и 496 в каждой тысяче новорожденных), но уже к 20 годам
их число сравнивается. От 20 до 40 лет на 8 мужчин приходится 10 женщин:
травматизм, насильственная смерть – удел почти исключительно мужской. Да и
продолжительность жизни у женщин заметно больше: после 60 лет на одного
муждчину в стране приходится 7 женщин! Но это – старики, а давай возьмем
возрастную группу от 20 до 40, когда, собственно, и заводят семьи. Из 4
миллионов находящихся под стражей 90% -- мужчины, да не забывайте, что в армию
на пару лет изымают исключительно мужчин, их сверстницы либо должны ждать, либо
становиться проститутками, либо искать счастья вдали от Родины. Значит,
соотношение здесь уже не 8 к 10, а
всего 6 к 10. Ну, и, конечно --
пьянство, алкоголизм и наркотики, где доля мужчин гораздо больше, чем
женщин. Реальное соотношение достигает,
при самом розовом оптимизме 4 к десяти.
- Обидно, что уезжает,
имеет шанс уехать, можно сказать, цвет нации – самые красивые и здоровые, самые
образованные женщины. А на русском поле остается тонкий колосок дурнушек и
пьянчужек.
- Ну, ты краски не
сгущай.
- А чего их разволить
розовыми слюнями? Мы ведь по принципу говорим, а не на примерах из личной
жизни.
- Я вот все думаю, а
каков идеал мужчины в глазах русских женщин?
- Какого: русского или
американского?
- Любого.
- Я думаю, это –
некоторая невозможная комбинация контрастных характеристик.
- Например?
- Например, он должен
быть хорошо обеспечен, иметь дом, работу, машину, но при этом он должен быть
немножечко несчастлив.
- Для оправдания
морального лидерства.
- Точно. А еще он должен
быть здоров, физически крепок, но немножечко болеть, чтобы его можно было бы
холить, оберегать, лечить.
Разговор, коньяк, икра и
все остальное иссякли. На дворе включили полнолуние. Я заторопился домой,
отягощенный ломовым соломоном, как у нас кличут салмона, и банкой икры, которую
еще предстояло делать. Дождей все нет
как нет, грибной сезон все никак не начнется, может, на рыбе протянем?