Исповедь нетипичного американца

Как я устал от всех этих забот!

Утром проверил: опять в бачок недоливают. А ведь я плачу за услуги полностью! Пришлось идти ругаться с менеджером.

Мама тоже: «Мама, мы в этом месяце израсходовали бумаги на десять футов больше обычного. Мне не жалко, но так много есть в Вашем возрасте вредно. И, пожалуйста, не тужтесь Вы так, ведь я все про Вас слышу. Что Вам тужить да тужиться? – У вас все есть, у вас я есть!»

Молчит, родимая, понимает. Все понимает, хотя ей уже девяносто третий пошел, не то, что ее мама, слава Богу, свезли ее, наконец, в конвалансию: ни о чем не тужит, ничего не понимает. Счастливая старость!

После разговора с мамой – по магазинам. Мы едим только свежие нитраты, только на чистом навозе: я этим медикам из Альбертсона не доверяю и сам всегда обнюхиваю продукты, чтобы они пахли настоящим навозом: я за что такие деньги плачу?

И каждый день – гимнастический зал и бег: лучше я потрачу пять-шесть часов на свое здоровье, чем пять-шесть сотен на лечение. Домой придешь, еле живой, в микроволновке обед приготовишь, маме горячее уже нельзя, ей травку хорошо, морковку, хоть и косить она стала в последнее время, но все-таки свои глаза, пусть и косенькие.

Была у меня когда-то honey, настоящая американская honey. Только ведь мухи от этой honey. Она мне при разводе: это от тебя самого мухи в доме. А ведь как уехала со своим новым honey, в доме – ни одной мухи. А что им тут делать? Мухам либо honey, либо дерьмо нужно, а у нас ничего такого в доме теперь нет.

Несколько раз женился на русских. Говорят, они хороши в постели. Не знаю, не пробовал. Я с детства сплю один и не знаю, зачем нужна русская в постели. У меня, даже если с другом надо пообщаться, так ведь в душе-то гораздо лучше, и приятней, и гигиеничней. Странные, эти русские: как только получит гражданство или даже грин-карту, тут же куда-то исчезают. Никто их не гонит, мама их жалеет, я их только honey зову, а они все равно убегают. Последняя, помню, из какого-то Бишкека, ей всего-то двадцать исполнилось, когда грин-карту получила, по-английски ни полслова, да и по-русски всего два слова, все больше на своем, забыл, как и называется этот язык, а ведь сбежала – и даже серебро семейное не тронула, а у нас настоящее антикварное серебро – пластик 50-х, такого теперь не делают.

Сразу после ланча по врачам ходить вредно, они сами так говорят, наверно, потому что, что у них ланчи вдвое длиннее обычных, чтобы они могли лучше пережевывать пищу и мыть руки до, во время и после ланча. Порой засидишься перед кабинетами до самого вечера – настоящая social life.

Вообще-то, у меня очень активная social life: по воскресеньям мы поем в церкви «Всех Святых Выноси» гимны нашему Богу, а по вторникам и четвергам у нас проходят заседания клуба по защите микробов от химических средств борьбы с ними. Мы считаем, что микробы – настоящие живые существа, нуждающиеся в нашей защите. Это – не вирусы какие-нибудь, а очень полезные и приятные домашние, нательные и внутриутробные животные.

К вечеру так устаешь, что буквально валишься перед телевизором и не успеваешь просмотреть электронный и прочие почтовые ящики.

Я это все к чему?

Вы думаете – это два старых чугунных утюга? – Ничего подобного! Это – прекрасный тренажер, всего $19.95 плюс налог плюс упаковка плюс доставка. Занимаясь на нашем тренажере всего тридцать минут в день, вы продлите свою жизнь на 15 часов ежемесячно! Успех – гарантирован! Мы с вами еще так молоды: нам ведь только по семьдесят с поросячьим хвостиком. У нас все еще впереди – а мы можем сделать с этим тренажером, что впереди будет еще больше! Купите сегодня – и ваша жизнь начнет продлеваться уже завтра! Подумайте…