Черт дернул ее лезть за этими яблоками, да и я хорош, что потянулся за ней, да и яблоки, правду сказать, – кислющие и с червоточиной, да и не в них, конечно, дело, а дело в том, что когда она выпрямилась, я увидел ее в неожиданном и очень соблазнительном ракурсе, я увидел в ней то, чего не замечал раньше: высокая торчащая грудь, тонкая шея, талия, словом, 90+60+90. А она увидела мой воспрянувший срам.

Тут прибежал хозяин, долго кричал на нас: "Я вам приказывал не отрывать руки от земли?! Я вам приказывал не тянуться и не выпрямляться!?", ну, и так далее. Короче, нас выгнали из сада, и мы оказались в степи.

Сначала я думал, мы не выживем: ни тени, ничего живого. Потом присмотрелись – всюду жизнь: кто ползает, кто норы роет, какие-то корешки есть, злаки, где-то стучат копытами.

Прямохождение, точнее, прямостояние нам все более нравилось: так легче было высматривать редкую дичь и охотиться на нее и так возбуждало больше, чем обычная собачья позиция.

И мы все чаще оставались прямостоящими, как суслики перед своими норками. Только что не свистели. Впрочем, свистом мы разнообразили свой язык, особенно при опасности.

Я вырыл у берега реки нору, а потом нашел и настоящую пещеру, так что проблем с жилплощадью и пропиской не стало. Но зато полезли другие.

Во-первых, у нее от частого и долгого прямохождения нарушился ментруальный период и, как и обещал наш бывший хозяин, рожала она в муках, к тому же – двойню в первые же роды.

Во-вторых, у нас, у мужиков, от этого постоянного стояния появилась агрессивность и беспричинная ярость. К примеру, наши первенцы: ну, повздорили между собой ребята, не то сестру не поделили, не то по идеологическим соображениям. Подралились бы – и вся недолга, слова бы никто не сказал, а они дошли до братоубийства.

Стоя много не наработаешь и не добудешь. Потел я потел, пока не догадался скотину завести. Знаете пословицу: "Самое дешевое в покупке лошади – покупка лошади"? Ее ж и кормить надо, и ухаживать, и жилье ей строить, и подковы менять, а упряжь? А сбруя? А все прочее?

И так чего ни копни: вроде начинается все просто, но потом обрастает такими мелочами и нуждами, такой суетой – только успевай себе помощников строгать.

И в этом храпе частенько мне стал вспоминаться покинутый нами сад и жизнь на карачках. И наш хозяин. Я вот все думаю, не пойти ли к нему, не попросить ли прощения. Может, назад пустит?