Всю ночь ко мне стучался дождь,

просился, куксился и хныкал,

прощался, постучит – и прочь,

и вновь по крыше гулко прыгал.

Так тянется чужая ложь,

так бред любви нам бесконечен,

и нет желаний превозмочь

судьбы болезненных отметин.

Взволнован океан, его седины

в кошмаре от уставшего стыда

стена из плача, вопли муедзина

Сквозь сон – сирена мчащейся тревоги,

в горчайшем одиночестве. Стихи

ложатся, словно версты вдоль дороги,

и впереди – ни пробуждения, ни зги.